Любовь Хилинская
— О, Соколова! — пока я, озираясь, пыталась разглядеть в полутемном зале ресторана хоть что-то, меня сграбастали в объятия и начали тискать, словно плюшевого медведя. — Столько лет, столько зим! А ты все краше и краше!
— Фу, Раздобреев, ты мне все ребра поломаешь! — отбиваюсь я, пытаясь сохранить прическу и платье в приличном виде.
— Ой, да ладно тебе, столько лет не виделись! Благодаря тебе я, можно сказать, школу закончил!
Я хмыкнула, взглянув на себя в зеркало и поправив локон, что выбился из прически после жаркого приветствия. Позади меня возвышался мой одноклассник, Женька Раздобреев, бывший школьный хулиган и любимчик девчонок, а по совместительству мой сосед по парте, который умудрился настолько развить косоглазие, что списывал даже тогда, когда меня из-за плохого зрения пересадили прямо к учительскому столу, а он не пожелал оставаться на Камчатке и последовал за мной.
— Я, кстати, писал тебе в «Одноклассниках», ты там вообще появляешься, нет? — Женька галантно подхватил меня под локоть и повел к длинному столу в самом темном углу огромного зала ресторана «Бавария», в котором мы решили отметить пятнадцатилетие окончания школы.
— Сто лет не была, — я щурюсь по привычке, несмотря на то что надела линзы сегодня, пытаясь разглядеть других одноклассников. — Наверное, год точно.
— Оно и понятно, — вздохнул Женька. — К тебе и на кривой кобыле теперь не подъедешь. Ты ж звезда.
— Звезда, — хмыкаю тихонько в ответ с иронией, только сейчас замечая, что во главе стола сидит… Ромка Семенов, мой кошмар и недостижимая мечта.
Он же — отец моего сына. Только, как в плохом кино, не знает об этом.
— Всем привет, — улыбаюсь я и усаживаюсь подальше от него, стараясь не смотреть вообще в ту сторону, хотя затылок и шею буквально жжет от желания повернуться и убедиться, что он увидел меня. И понять, что мой мальчик как две капли воды похож на своего отца.
Все годы, начиная с пятого класса, я была отчаянно влюблена в этого парня. Только он встречался с девочкой из класса старше, а после окончания школы они как-то быстро поженились. Да и я сама вышла замуж тоже, строила семью и старалась не вспоминать о Семенове до того момента, пока он с женой не явился ко мне на прием. Наверное, если б он знал, что моя фамилия теперь изменилась, выбрал бы другого врача, но его жена, тоже, кстати, Светлана, очень хотела лечиться именно у меня.
— Вина? — Раздобреев ужом вился вокруг, усевшись рядом и предлагая мне то закуски, то алкоголь, хотя еще не все собрались, и начинать без них не хотелось.