Александр Шаг
Я за спиной.
Тела говорили.
Пальцы на стекле.
Платье выше.
Ничего ниже.
Я вошёл.
Она выгнулась.
Стон.
Темнота.
Потолок.
Те, кто не смотрит
бьют точнее.
© Александр Шаг
#верлибр
Я охотник. Всегда им был. Не в смысле, что бегаю по лесу с ружьём и стреляю белочек. Хотя от некоторых женщин я бы не отказался пристрелиться, если честно. Но шучу. Или нет.
Выслеживал, подходил, брал. Женщины приходили и уходили, я даже не запоминал их лица. Серьёзно. Однажды встретил в кафе бывшую, назвал её Катей. А её звали Лена. Она обиделась. А я сказал: «Ну Лена, ну Катя — какая разница, если я всё равно не собирался звонить?» Она бросила в меня салфеткой. Я поймал. Рефлексы.
До неё всё было просто. Как расписание электричек. Подъём. Работа. Женщина на ночь. Сброс. Утром забыл имя. Повезло, если вспомнил, что она была.
До неё.
Я увидел её в книжном. Не спрашивай, что я делал в книжном. Я вообще не читаю. Пришёл за календарём с голыми девушками. Шучу. Хотя календарь я тоже посмотрел. Для общего развития.
Был вечер. Магазин почти пустой. Пахло бумагой, пылью и чем-то сладким из кофейни за стеной. За окном моросил дождь. Я зашёл, чтобы переждать. Или чтобы купить тот самый календарь. Но календаря не было. Или был, но я его не нашёл.
Она стояла у стеллажа с поэзией. Поэзия. Серьёзно. Кто сейчас читает стихи? Только те, кому жизнь кажется слишком простой, и они хотят её усложнить рифмами. Или те, кому жизнь уже всё усложнила, и они ищут в рифмах ответы.
Она листала сборник. Медленно. Задумчиво. Пальцы длинные, нервные. Теребила край страницы. В её глазах была усталость. Такая, которая бывает у женщин, которые давно замужем. Или которые давно не замужем. Я ещё не решил.
Я взял с полки точно такой же. Наши руки встретились.
— Это моя любимая, — сказал я.
Она подняла глаза. Карие. Глубокие. В них не было интереса. Ни капли. Обычно женщины смотрят на меня иначе. То есть они смотрят и уже решают, сколько детей у нас будет и какую машину я куплю им на развод. А эта смотрела так, будто я — пустое место. Стекло. Мебель. Очень заводит, знаете ли.
— Я просто смотрю картинки, — ответила и отвернулась.
Картинки. В сборнике стихов. Ага. Конечно.
Я не отстал. Не умею. Это мой талант — быть настолько навязчивым, что это начинает работать. Типа как реклама в интернете. Сначала бесит, потом покупаешь.
— Ты всегда такая нелюдимая?
— Всегда.
— А с мужем тоже молчишь?
Она посмотрела на меня. Холодно. Если бы взглядом можно было убить, я бы уже стоял перед райскими вратами и объяснял Петру, почему я всё-таки заслужил место у костра.