— Ну, так же даже лучше будет. Новые друзья, знаете ли, могут намного лучше прежних оказаться.
«Или наоборот», — подумал я про себя, вслух же согласился:
— Всё может быть.
На этом наш короткий разговор закончился, и я снова оказался предоставлен самому себе. Беспокойство, к слову, вызывали не только будущие одноклассники, но и мысли о результатах вступительного экзамена. Ведь именно на их основе будет осуществляться распределение учащихся по уровням знаний, и как раз сегодня станет известно, в какую группу мне удалось попасть. И если это будет вторая или первая… не говоря уж о нулевой…
Перед глазами возник образ немигающего отца, молчаливой громадой возвышающегося надо мной со скрещенными на объёмной груди руками.
Сжав слегка подрагивающие пальцы в кулак, я стиснул зубы и зажмурился.
Кальмавские глупости! Я не мог завалить! Я был третьим по результатам выпускных из младшей школы, и уж в средней-то не должно быть сильно хуже!
— Подъезжаем, господин.
Я резко распахнул глаза, проморгался, а затем невольно подался вперёд, рассматривая через лобовое стекло длинную каменную ограду приближающейся школы, поверх которой шла традиционная, чуть покатая черепичная крыша. А вот поверх неё были видны уже стены многоэтажного здания, с точно такой же традиционной крышей с загнутыми краями и прямыми скатами.
«Мато». Одна из самых престижнейших средних школ. Здесь могут учиться как выходцы из легиратии и обычной аристократии, так и дети нериев или даже ксантов — если у них найдутся на это деньги, конечно же. Ведь мало иметь возможность оплатить учёбу, надо ещё и набрать минимальное количество баллов для поступления, а вот это как раз было делом далеко не из лёгких — экзамены в эту школу считаются одними из самых сложнейших среди подобных заведений. Мама не уставала повторять, что именно «Мато» выбирают представители сильнейших ковенатов, и мое появление здесь должно открыть к ним двери для нашей семьи. Не говоря уже о том, что после её окончания существенно расширится выбор старших школ.
Я тяжело вздохнул.
Дожить бы ещё до этого самого выбора…
Кай остановил машину у входа и выбрался наружу, открыв для меня заднюю дверь. Дождавшись, когда я вылезу, он с мягким хлопком перекрыл мне путь к отступлению и направился к багажнику, в то время как я, задрав голову, рассматривал широкую арку с распахнутыми двустворчатыми воротами, вершина которой заканчивалась уже привычной черепичной крышей. Классическая ксантарийская архитектура, как любит приговаривать дедушка.
Я опустил взгляд и с намного большим интересом принялся наблюдать за множеством парней и девушек в школьной форме «Мато», наводнивших скамейки, окруживших центральный фонтан и прогуливающихся по широким аллеям парковой зоны: у первых это был тёмно-синий пиджак с золотыми пуговицами и белыми полосками окантовки на воротнике, серый клетчатый жакет, белая рубашка, голубой галстук, синие брюки и тёмные ботинки; на вторых же была клетчатая синяя юбочка, тёмные гольфы до коленей, светлая рубашка с синим матросским воротничком, вокруг которого повязан ярко-голубой платок на манер галстука, пиджак с золотыми пуговицами и чёрные ботинки. На пиджаках, слева на груди, красовалась круглая эмблема школы — изображение цитадели.