Ворвались внутрь мы, дождавшись еще двух дыр в стене. На этот раз гостинец едва не достался и мне самому, так что бросился в атаку я сразу же вслед за Сварой.
Как не торопился, но здоровяк был неудержим. Первое что рассмотрел, оказавшись внутри, был почти располовиненный труп одного из врагов. Плечо его с рукой и незнакомым оружием лежало отдельно.
Второй в это время пытался спасти свою жизнь, довольно ловко отводя удары чем-то похожим на железный «костыль», но шансов у него было немного. Единственное, что пока спасало отчаянно шипящего смертника, это узость коридора, Сваре просто негде было размахнуться.
Кстати, и мертвец, и еще живой противник командира — были совсем не похожи на людей.
Стоило живчику лишь на секунду оказаться на свету, и у меня мгновенно улетучились малейшие сомнения на эту тему, но воспринял я эту новость довольно спокойно. Будто снова воспользовался той успокаивающей огуречной мазью.
Забавно, но Свара гонял его, вообще не заморачиваясь о подобных нюансах. Решил убить, и вряд ли остановился бы, даже если б у того вдруг выросли крылья или что там еще.
Но меня самого увиденное как-то отрезвило.
Наверное, именно поэтому когда из непонятного закутка справа выскочил тот самый обладатель фальцета, угрожающе, но не очень умело взмахнул топориком и что-то завопил, я не прикончил его, а аккуратно — почти по-семейному, приложил гада рукоятью тесака в челюсть.
«Фальцет» рухнул словно подкошенный, но я отчего-то не сомневался — жив, курилка.
Через мгновение внутрь ворвался Боцман, но все уже было кончено.
Как раз в этот момент Свара зажал своего противника в угол, и ловко повторил свой первый фокус: отрубил гаду плечо вместе с рукой. Когда подранок рухнул от на колени, раздосадованный долгим сопротивлением здоровяк-вивисектор, отрубил ему еще и вторую конечность.
«…Ого!» — только и подумал я, реально пораженный происходящим, ведь главное сейчас было то, что непонятная халабуда теперь была нашей.
Пару минут спустя я обнаружил еще одного члена вражеской команды в боевой рубке. Тот спокойно сидело в кресле рядом с чем-то похожим на «сорокапятку», только без бронещитка, и даже не пыталось сопротивляться.
Когда я вошел, существо осталось неподвижным, даже когда я от неожиданности вскинул тесак, собираясь то ли нападать, то ли защищаться. Человека-ящерица только намекающе покосился на еще один железный «костыль» вроде тех, которыми были вооружены оба зарубленных Сварой, и я передумал нападать.
На мой призыв явился наш героический командир, глянул, и решил, что берет тварь в плен. Так дословно и сказал. Мелкая чешуя вместо кожи и крупные неподвижные глаза это не самая выразительная штука, но мне показалось, что пленник все понял правильно.