— Ходу? — уточнил командир, имея в виду, не остались ли какие-нибудь вопросы. — Ну, тогда давайте, не зевать…
Мы снова рассредоточились. Правда, теперь из-за особенностей подъема наверх опаснее всего выглядело направление Боцмана. Ему предстояло рвануть со стороны кабины, а нам со Сварой — с тыла.
В лоб (с самой широкой стороны хижины-контейнера) холм был слишком обрывистый, так что подняться здесь, конечно же, можно было, но на несколько секунд нападающий оказался бы почти беззащитным, пытаясь взобраться наверх и его бы гарантированно расстреляли, словно в тире.
Именно поэтому мы заранее решили не рисковать, и Боцману досталась в нашем плане особая роль…
Выждав момент, чтоб в ближайшем окне кто-то мелькнул снова, мы со Сварой молча рванули вперед. За мгновение до этого Боцман показался над обрывом, взмахнул рукой, и послал копье в стену, и тут же спрятался.
Казалось бы, бесполезная глупость, но нам все же удалось преодолеть открытое пространство незамеченными. Правда, эта удача, к сожалению, оказалась недолгой. Стоило Сваре попытаться воспользоваться ей и осторожно глянуть в ближайший проем, как оттуда раздался пронзительный вопль:
— Attention! Sir, here’s one of them! (Внимание! Сэр, здесь один из них!) — заверещал чей-то фальцет, после чего окно оглушительно захлопнулось.
В этот момент мы стояли по соседству, плотно прижавшись к стене, и если бы взгляд мог убивать, кто-то сейчас бы точно пострадал. Я изобразил пантомимой: мол, чего это ты на меня вызверился? Свара ответил какой-то неопределенной пантомимой, после чего уточнил:
— Ну что, теперь пошумим?
— Так не задался же сюрприз… — нейтрально согласился я.
Пригнувшись, мы перебрались к входу, и здесь пришлось немного подумать. Окна тут тоже были, только заметно более узкие — настоящие бойницы — поэтому приходилось думать: как стать, чтобы не выхватить неожиданный гостинец.
Что-то прикинув, Свара театрально поплевал на ладони, и первым же ударом не только засадил лезвие на изрядную глубину, но и довольно легко его выдернул. Надо же, стены были из какой-то отличной, удивительно вязкой древесины, но оказались и впрямь очень тонкими.
Второй, третий, пятый удар — дверь прямо ощутимо поддавалась.
Крики и шипение внутри нас поначалу не особо заинтересовали, но когда осажденные завозился фактически впритык — за стенкой — я по наитию схватил Свару за руку, и дернул его на себя… Мгновение спустя, примерно на высоте его груди, в препятствии между нами образовались сразу две дырки с аккуратно обугленными краями.
Глянув на это, командир кивнул, и принялся с удвоенной энергией рубить дверь…