Самсонов крутил в руках пропеллер, рассматривая его на свет.
— А это прочное? — спросил он наконец.
— Карбон, — ответил я. — Углепластик. Иногда бывает такой, что прочнее стали.
— Стали? — не поверил стрелочник. — Неужто?
— Материал будущего, — восхищённо произнёс Лазутин.
— Ишь ты… во дела, — буркнул Самсонов и осторожно положил пропеллер на место.
Испытания новых дронов, вначале проведённые в гараже, а потом и в лесу, показали, что они находятся в рабочем состоянии. Пока о подключении их к ретрансляторам я не задумывался, но надеялся, что у меня это получиться, ведь программное обеспечение было идентичным тому, что было на «сотках».
Когда проверочные полёты закончились, занесли БПЛА в коридор и продолжили работать: заряжали аккумуляторы, проверяли работу техники, подготавливали место складирования боеприпаса и так далее.
Самсонов во время отдыха ходил по коридору, заложив руки за спину, и оглядывал нашу «базу».
— Как в музее, — сказал он. — Всё новое, непонятное.
— Это не музей, — ответил Кудрявцев. — Это наш дом на ближайшее будущее.
— А далеко оно — это будущее? — спросил старик.
— Пока война не кончится, — сказал я. — А там видно будет.
— Эх, три года значит, — вздохнул стрелочник.
— Значит три, — кивнул Сергей и рассказал ему о теории, по которой любые нашу действия могут приблизить нашу общую победу.
Кондрат Петрович внимательно всё выслушал, а потом согласно кинул:
— Раз оно так, то надо, значить, прилагать усилия… Глядишь, и бустере немца с нашей земли прогоним. — Он повернулся ко мне и спросил: — Николай, а как мы узнаем, что эшелон идёт?
— Анна скажет, — ответил я. — У неё сейчас главная задача — смотреть в оба. Видите изображение на экране, она следит за всем движением на железной дороге, что неподалёку от Согравска.
Девушка кивнула, не отрываясь от монитора.
— Вон, вроде бы идёт один? — спросил её Кудрявцев, показывая пальцем на экран.
— Пустой, — ответила она, приблизив изображение. — Платформы без груза.
— Ждём дальше.
Мы не знали когда именно может появится интересующий нас эшелон, но условились, что десантная группа в составе которой были Кудрявцев, Самсонов и Лазутин в вечернее время должна будет находиться в полной боевой готовности.
После обеда, решили до вечера отдыхать и устроили двойной турнир — по бильярду и теннису. Все с удовольствием присоединились к моей идее и даже Анна, которая вела почти непрерывное наблюдение на «Сотках», умудрилась сыграть пару матчей.
Кудрявцев уже стоял у бильярдного стола, подбирая кий.
— Кто первый? — спросил он.
— А давайте жребий, — предложил Лазутин.