Пара для Дракона: Секрет Попаданки — Алекса Рид

Я провела остаток дня в маленьком боковом зале, куда обычно сваливали
документы, ожидающие уничтожения. Пахло здесь пылью, тленом и безнадегой,
что было вполне созвучно моему настроению. Я механически
перекладывала бумаги, пытаясь придумать хоть какой-то план. Уголки папок
врезались в пальцы, оставляя красные полосы. Искать их одной? С чего начать?
Расспрашивать соседей? Стучать по всем кабакам в городе? На это уйдут
недели, которых у меня нет.

Мои мысли прервал тихий скрип половицы за спиной. Я обернулась. В дверном
проёме, заполняя его собой, стоял Амель. Веселье с его лица полностью сошло,
сменившись привычной, сосредоточенной серьёзностью. В руках он держал два
пергаментных свитка. – Фрида. Пройди в мой кабинет.

Во мне снова вспыхнуло раздражение. Он игнорировал мою панику, а теперь ещё и
командовал? – Я занята, – буркнула я, с силой шлёпнув очередную папку
на стопку. – Нет, не занята, – он не двинулся с места. – Это касается
твоего мужа. И моей жены. Пошли поговорим.

Я, всё ещё кипя от злости, поднялась и, не глядя на него, прошла мимо в его
кабинет.Он закрыл дверь с лёгким щелчком, который в тишине прозвучал громко,
как защёлка клетки. Прошёл за свой стол, жестом указал мне на стул. Я села,
скрестив руки на груди, всем видом показывая, что меня здесь держат против
воли.

– Я подумал, – начал он, разворачивая один из свитков. На нём был начертан
сложный маршрут с пометками. – И у меня есть предположение, куда они
могли направиться. Если, конечно, действуют рационально, а не просто бегут,
куда глаза глядят. Продать те магические руны, что она прикарманила, законно
можно продать только в одном месте.

– Поздравляю, – язвительно сказала я. – А мне зачем это знать? Вы же
свободны и не собираетесь никого искать. Я справлюсь сама.

Даже мне мои слова показались глупыми и по-детски обидчивыми. Я мысленно пнула
себя. Идиотка, Фрида! Ты только что мечтала о хоть какой-то зацепке, а
теперь, когда она есть, ты строишь из себя гордую страдалицу!

Амель проигнорировал мою выходку. Он положил палец на карту. – Последний
крупный корабль в «Свободные земли» отплыл из порта Серебряной Бухты три дня
назад. Следующий – через неделю. Но есть караванные пути через Перешеек
Теней. Путь тяжелый, но быстрый для тех, кто хочет исчезнуть и не хочет
ждать. Если у них есть хоть капля здравого смысла, они поспешат туда. Я
навел справки. Сегодня утром со станции дилижансов уехала пара, подходящая
под их описание. Направление – как раз к Перешейку.

Я слушала, разинув рот. За несколько часов он сделал то, на что у меня ушли бы
сутки, если не больше. – Почему… почему вы это сделали? – спросила я
тихо.

Он взглянул на меня, и в его глубине мелькнуло что-то сложное. – Потому
что, несмотря на мою вновь обретённую свободу, я не могу позволить Кларис
просто так украсть то, что принадлежит моему роду. Это вопрос чести. А
деньги… плевать на них. И потому что… – он сделал паузу, его взгляд стал
пристальным, – я не верю, что ты так внезапно озаботилась «цивилизованным
обсуждением» с человеком, которого, как ты сама говорила, иногда «вроде как
любила». Со мной что-то не договаривают, Фрида. Но ладно. Пока ладно.

Моё сердце бешено застучало. Он что-то подозревает. – Мы отправляемся
завтра на рассвете, – продолжил он деловым тоном. – Я всё улажу здесь.
Оформлю как длительную рабочую командировку по проверке архивов в
приграничных фортах. У меня есть на это полномочия. Моя цель, вернуть своё и
потребовать у Кларис официального расторжения брака через суд на её же
территории, чтобы всё было чисто. Твоя – поговорить с тем… существом,
которое ты называешь мужем.

Всё звучало так логично, так продуманно, что у меня появился первый за сегодня
проблеск надежды. Но с Амелем никогда не бывает просто. – Но есть
условие, – сказал он, и голос его потерял деловые нотки, став тише.

Я насторожилась. – Какое? – Если у тебя и твоего «супруга» ничего не
получится, – он произнёс это слово с лёгким презрительным оттенком, – и он
всё-таки окончательно и бесповоротно исчезнет из твоей жизни… ты дашь мне
шанс. Настоящий шанс за тобой поухаживать.

Теплая волна хлынула мне в лицо. Я почувствовала, как горят щёки и уши. –
Вы… вы идиот! – выпалила я, отводя взгляд. – Это шантаж! – Нет, это
предложение, – парировал он спокойно. – Ты всегда можешь отказаться от моих
ухаживаний

Мне хотелось бросить ему в лицо что-нибудь тяжелое. Но одна я не справлюсь. Я
была слаба, напугана и отчаянно нуждалась в его помощи. И он это знал. –
Ладно! – фыркнула я, всё ещё не глядя на него. – Согласна. Хоть это и
полный бред. Вы и так постоянно за мной… ну, знаете, строите глазки, или что
вы там делаете.

Он усмехнулся, это был тёплый, глубокий звук, от которого по спине пробежали
мурашки. – Фрида, милая, – сказал он, медленно поднимаясь из-за стола и
приближаясь. – То, что было до сегодняшнего утра – это были ужимки
женатого мужчины, скованного условностями. Ухаживания свободного дракона… –
он оказался рядом, его рука поднялась, и я замерла. Его пальцы, тёплые и
осторожные, подхватили непослушную прядь моих волос и заправили её мне за
ухо. Прикосновение было мимолётным, но обжигающим, как его кофе. –
…Они немного другие.

Я отпрянула, как ошпаренная, шлёпнувшись спиной о спинку стула. – А вы… вы
руки не распускайте! – пропищала я, вскакивая. – Условия – условиями,
но я не… я не за это!

– Конечно, не за это, – согласился он, и в его глазах играл тот самый опасный,
золотой огонёк. – Я ведь ничего и не сделал. Пока. Иди, заканчивай
свои дела. Рабочий день ещё не закончился.

Я выскочила из его кабинета, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. От
страха? От злости?

Вечером, когда последние лучи солнца погасли за узкими окнами подвала, Амель
снова появился на пороге моего закутка. – Идём, – сказал он коротко,
уже в дорожном плаще. – Куда? Домой мне ещё нужно… – Ты
сегодня ночуешь у меня, – перебил он, и в его тоне не было места для
дискуссий. – Мы выезжаем с первыми лучами. Домой ты уже не успеешь, да
и зачем?

Мысль о ночёвке в его доме, наполнила меня новой волной паники. –
Послушайте! – я встала, пытаясь собрать остатки достоинства. – Я
согласилась на вашу помощь, но это не значит, что я… что я буду спать с вами
за это! Никаких таких договорённостей не было!

Он смотрел на меня несколько секунд, и затем его лицо озарила та самая широкая,
открытая улыбка, от которой у меня перехватило дыхание. Он рассмеялся. –
Фрида, драгоценная, – произнёс он, едва сдерживая смех. – Я выделю
тебе отдельную комнату. В противоположном крыле от моего. И даю слово –
пальцем к тебе не прикоснусь. Если, конечно, ты сама не упадёшь на меня
посреди ночи, спотыкаясь об собственные ноги.

Я покраснела до корней волос, но чувствовала дикое облегчение. – Я не
спотыкаюсь! – пробормотала я в оправдание, хватая свою потрёпанную сумку. –
И я ни на кого не падаю… – Конечно, конечно, – он кивнул с
преувеличенной серьёзностью, придерживая дверь для меня. – Тогда
пойдём. Завтра будет долгий день.