Пара для Дракона: Секрет Попаданки — Алекса Рид

Фрида

Возвращение домой было похоже на сон. Амель вёл меня через ночной город,
прижимая к себе так крепко, будто боялся, что я растворюсь в воздухе. Я
чувствовала тепло его тела, слышала биение сердца, и всё ещё не верила, что
мы выжили. Что я свободна.

– Ты как? – спросил он, когда мы подошли к знакомым воротам. – Кажется,
мне никогда не была лучше, – честно ответила я. – И одновременно хуже.
Голова кругом идёт.

Он усмехнулся, открыл ворота. Дом встретил нас теплом и светом, Марта, услышав
шаги, уже бежала навстречу. – Мисс Фрида! – всплеснула она руками. –
Живая! Святые драконы, я так переживала! – И тут же засуетилась: – Ванна
готова, ужин на плите, я сейчас всё подам…

– Марта, – я остановила её, взяв за руку. – Спасибо. Правда. Она
смутилась, вытерла глаза уголком передника и убежала на кухню.

Мы поднялись наверх. Амель помог мне раздеться, и я наконец погрузилась в
горячую воду, чувствуя, как уходит напряжение последних дней. Он сидел рядом
на краю ванны, гладил меня по мокрым волосам, и мы молчали.

Утром меня ждал сюрприз. Мы спустились к завтраку, и Марта торжественно вручила
мне письмо с гербовой печатью. – Из королевской канцелярии, мисс.

Я развернула дрожащими пальцами. Амель заглядывал через плечо.

«Уважаемая Фрида, в связи с вашим особым статусом и недавними событиями,
королевским указом вам запрещается дальнейшая служба в Королевском архиве и
любых государственных учреждениях. Однако вам разрешается проживание в
столице под личную ответственность дракона Амеля из клана Пепельных Крыльев,
при условии, что вы не будете нарушать общественный порядок и законы
королевства».

Я перечитала два раза, потом подняла глаза на Амеля. – Мне запретили
работать в архиве. – Я заметил. – Он улыбнулся, но как-то странно. –
Там есть ещё кое-что. Дальше читай.

Я вернулась к письму: «Также король выражает надежду, что ваш союз с
драконом Амелем будет официально закреплён в ближайшее время, дабы избежать
вопросов о вашем статусе. Королевская канцелярия готова предоставить все
необходимые документы для заключения брака».

– Что? – выдохнула я. – Король хочет, чтобы мы поженились, – спокойно
пояснил Амель, но в его глазах плясали золотые искры. – Видимо, считает, что
так ты станешь более… законно.

– То есть он фактически приказывает нам? – Предлагает. Настойчиво. – Он
взял мои руки в свои. – Но решение за тобой. Я не буду настаивать, если ты
не готова.

Я смотрела на него. На этого дракона, который пять лет ловил мои папки. Который
вытащил меня из ада Вейлора. Который спас меня от казни. Который любил меня
всё это время, молча и терпеливо.

– Ты серьёзно думаешь, что я откажусь? – спросила я. – Я думаю, что ты
имеешь право выбирать.

– Я выбрала. – Я встала, подошла к нему, села на колени. – В тот момент, когда
ты впервые предложил мне кофе в архиве. Просто тогда я была слишком глупа,
чтобы понять.

Он обнял меня, прижал к себе. Мы сидели так долго, слушая, как Марта гремит
посудой на кухне и делает вид, что не подслушивает. – Тогда завтра же
подадим документы, – сказал он. – А свадьба?

– Как можно скорее. – Он поцеловал меня в макушку. – Я не хочу ждать ни дня.

Свадьбу решили играть через неделю, маленькую, только для своих. Амель хотел
пышную церемонию, но я уговорила его обойтись без сотни незнакомых
аристократов. В конце концов мы сошлись на компромиссе: венчание в драконьем
храме (Амель настаивал на традициях) и пир в доме для самых близких.

За несколько дней до свадьбы ко мне пришла Кларис. Она выглядела… другой. Не
той ледяной статуей, что я помнила, а живой, тёплой женщиной, которая,
кажется, наконец нашла себя. – Фрида, – сказала она, когда мы
устроились в гостиной с чаем. – Я хотела… извиниться. За всё.

– Ты уже извинялась. – Мало. – Она покачала головой. – Я столько лет была
слепа. Думала, что выживание любой ценой, это правильно. А потом увидела
вас. Тебя, Амеля, этих сумасшедших авантюристов. Как вы держитесь друг за
друга. И поняла, что всё это время была одна. По своей воле.

Я молчала, давая ей выговориться. – Я не прошу стать подругами, –
продолжила она. – Но… может, начнём с чистого листа? Я бы хотела быть рядом.
Помогать, если смогу. Там, с попаданцами… король разрешил создать приют для
них. Я могла бы им заниматься.

Я смотрела на неё и видела не врага, а сломленного человека, который нашёл в
себе силы измениться. – Думаю, это отличная идея, – сказала я. – И я
буду рада, если ты придёшь на свадьбу.

Она улыбнулась. День свадьбы выдался ясным и тёплым. Храм драконов
оказался величественным сооружением из белого камня, с высокими сводами и
витражами, отбрасывающими разноцветные тени. Жрец, старый дракон с седой
бородой и мудрыми глазами, провёл церемонию на древнем языке, но Амель
переводил мне шёпотом самые важные моменты.

– Клянусь огнём своего рода, – повторяла я за ним, – любить тебя в этом мире и
за его пределами. Когда мы обменялись клятвами и жрец объявил нас мужем
и женой, я почувствовала, как по телу пробежала знакомая дрожь.

– Это у тебя от счастья? – шепнул Амель, целуя меня. – Наверное. – Я
улыбнулась. – Или от тебя, всё-же такой мужчина стал моим мужем.

После церемонии мы поехали домой. Марта расстаралась, стол ломился от яств, в
гостиной накрыли настоящий пир. Близнецы ворвались первыми, таща какие-то
смешные подарки. – Это вам! – заорал Сид, вручая нам огромный свёрток.
– Мы сами сделали!

В свёртке оказались два деревянных дракончика, вырезанных вручную. Кривовато,
но с душой. – Они похожи на вас, – рассмеялась я. – Мы старались!
– рассмеялся Сэд.

Бренда и Калеб пришли вместе, держась за руки. Глядя на них, я чувствовала, как
сердце наполняется теплом. Она светилась, а он смотрел на неё так, будто она
была центром вселенной. – Поздравляю, – сказала Бренда, обнимая меня. –
Ты заслужила. – Вы следующие, – шепнула я ей.

Она покраснела и отмахнулась, но я видела, как она покосилась на Калеба. Кларис
пришла с букетом полевых цветов, простых, но таких душистых.

– Это от всей души, – сказала она, вручая их мне. – И знаешь… я, кажется,
поняла, что значит быть свободной. Спасибо тебе. – Не мне, – я покачала
головой. – Ты сама сделала правильный выбор.

Она кивнула и отошла к столу, где близнецы уже начали какой-то шумный спор. Вечер
пролетел незаметно. Мы ели, пили, смеялись, танцевали под музыку, которую
играл нанятый Амелем оркестр. Я смотрела на этих людей, своих друзей, свою
семью, и думала о том, как странно всё сложилось.

Ещё недавно я стояла в пробке на МКАДе, злая и уставшая после работы. А потом
умерла. И очнулась здесь. В чужом мире, в чужом теле, с чужими проблемами.

И нашла своё счастье. – О чём задумалась? – Амель обнял меня сзади,
прижимаясь к спине. – О том, как странно устроена жизнь. – Я
повернулась к нему. – В моём мире я была никем. Просто девушкой, которая
мечтала о чём-то большем, но боялась сделать шаг. А здесь… здесь я нашла
тебя. Друзей. Себя.

– Ты всегда была собой, – он поцеловал меня в лоб. – Просто здесь тебе никто не
мешал это понять. – Наверное.

Мы вышли на крышу, наше любимое место. Город внизу сверкал огнями, луна висела
огромным серебряным шаром. Амель обнял меня, и мы стояли молча, глядя на
звёзды.

– Знаешь, – сказала я вдруг. – Я до сих пор иногда просыпаюсь и думаю, что это
сон. Что я сейчас открою глаза и окажусь в своей старой квартире, с вечным
ремонтом у соседей и запахом шаурмы из ларька. – И что тогда? – спросил
он.

– Тогда я бы очень расстроилась, – честно ответила я. – Потому что здесь у меня
есть ты. Он улыбнулся, притянул меня к себе, поцеловал, долго и
глубоко. Я чувствовала, как его руки скользят по моей спине, как наша магия
переплетается в воздухе. Где-то внизу близнецы затеяли новую
перепалку, Бренда пыталась их утихомирить, а Кларис что-то доказывала
Калебу. Обычный вечер в нашем новом, сумасшедшем, но таком родном мире.

А мы стояли на крыше, обнявшись, и смотрели на звёзды. Наша история только
начиналась. И она будет долгой. И счастливой. Потому что теперь у нас
было всё, что нужно: любовь, друзья и немного магии.