Жуткий взгляд, в котором не было ни капли человеческого. Он не просто прожигал тонированную плёнку бронированного стекла, а проникал сквозь самую густую тьму и смотрел прямиком в душу. И ничто не могло вытравить его из памяти.
Радецкая потянулась к прикроватной тумбе, на которой стояла ополовиненная бутылка вина. Хоть она никогда не страдала от тяги к алкоголю, но последние дни без него вообще не получалось уснуть.
Стоило Инессе сделать первый глоток, как дверь в комнату распахнулась. Как назло на пороге оказался её отец. Женщина поспешно отняла горлышко от губ, однако пролила немного красного напитка на бежевую пижаму. И это, разумеется, не укрылось от внимательного взора родителя. Он так выразительно глянул на Радецкую, что та по самые уши залилась краской.
— Всё никак не наотдыхаешься? — с плохо замаскированным упрёком поинтересовался мужчина.
— Папа, я чуть не погибла! Меня до сих пор колотит! — возмутилась Инесса.
— Угу, никак снова демоны за тобой являлись? — скривился отец.
Инесса сконфуженно опустила лицо. Ведь её первыми словами после прихода в сознание как раз и стало признание о том, что за ней охотятся инфернальные сущности. Однако, как выяснилось в дальнейшем, все вокруг считали, что в тоннеле произошёл внезапный обвал.
— Какая разница, если ты мне всё равно не веришь? — пробормотала женщина.
— Даже слушать эту чушь не собираюсь, — нахмурился Радецкий.
— Вот об этом я и говорю, — грустно хмыкнула Инесса Романовна. — Думаешь, я сошла с ума?
— Скорее, попала под дурное влияние своего нового дружка Бугрова, — сплюнул собеседник.
Заслышав эту фамилию, глава «Оптимы» едва сдержала дрожь. Ей пришлось до боли стиснуть челюсти, чтобы не выдать лютующего в душе страха.
— Значит так, с этим пора заканчивать, — кивнул в сторону бутылки вина отец. — Тебе предстоит сдать анализы.
— К… какие анализы? — сдвинула брови Инесса.
— Я должен убедиться, что у тебя в крови нет следов никаких веществ…
— Веществ⁈ Папа, ты что, думаешь я наркоманка⁈ — вспылила Радецкая, но сразу же стушевалась, стоило мужчине на неё злобно зыркнуть.
— Предпочту дождаться результатов, прежде чем делать выводы, — строго изрёк он. — Ты уж меня извини, Инесса, но нормальные люди подобную ересь о демонах нести не будут.
— Значит, я ненормальная? — выдохнула женщина, чувствуя, как её душит жгучая обида.
— Не переиначивай мои слова, я такого не говорил.
— Прямо не говорил. Но по смыслу выходит, что я…
— Прекрати мне морочить голову! — прикрикнул Радецкий, и его дочь осеклась. — На мне бесполезно испытывать твои манипуляции, ты прекрасно знаешь. Ты наворотила такого, что пришлось мне вмешаться! И я наведу порядок, даже при твоём активном противодействии. А заодно и разберусь, что вообще происходит.