Мы дружно чокнулись, и я уже было хотела сделать вид, что срочно вспомнила о неотложном деле, но в это время в коридоре прозвучала трель соловья.
Отличный звонок, а то дома у Бурундуковой какой-то церковный колокол. Как звонить начинал, прямо подмывало разыскать глазами купол церкви и перекреститься.
— Кто это? — спросила Наталья Павловна, почему-то глядя мне в глаза.
Решила, что я к ним в дом всех одноклассников привела? Да и взгляд у неё сделался испуганным. Представила, как будет выглядеть это действо со стороны? Заходят гости, а Бурундуковая на полу в беспамятстве. Здрасьте, приехали.
Я улыбнулась и пожала плечиками.
— Наталья Павловна, зря у меня спрашиваете. Я вот совершенно без понятия, хотя и могу предположить. Гости на день варенья заявились, чтобы так сказать, поздравить лично Николая Васильевича. Или вы думали такое торжество скрыть от сослуживцев и соседей по подъезду?
— Но мы никого не ждали, — промямлила она, ещё раз подтвердив моё предположение относительно участи Бурундуковой.
— Я открою, — сказал Николай Васильевич, поставил свой бокал на стол и, резво подхватившись, ринулся рысью в коридор.
Наталья Павловна, вероятно, сообразив, что без неё любимый муж может напортачить и пригласить нежелательных свидетелей к столу, тоже отставила свой бокальчик. Потащила бы за собой, и тогда точно не избавиться от непрошенных гостей. Кто ж уйдёт, когда тут пьют и гуляют.
И мышкой юркнула вслед за муженьком. Ага, мышкой. Мутантом.
Валера приподнялся на стуле и глянул в коридор.
Я расплылась в улыбке. А может быть, так даже лучше?
Наклонилась вперёд и одним махом поменялась бокалами с уважаемой Натальей Павловной. И застыла, словно ничего и не произошло.
Кто бы там ни был, но хозяева квартиры его на порог не пустили. Побубнили с минуту, и оба довольные вернулись в залу.
— Счастья вашему дому и долгих лет виновнику торжества, — повторила я тост, когда они подняли свои бокалы.
Мы дружно чокнулись, и я, сделав несколько глотков, опустошила до дна.
Сазонова Наталья Павловна убедилась, что у меня в бокале ничего не осталось, и почти залпом проглотила свою порцию шампанского. Они, улыбаясь, уселись на стулья, и уставились на меня. Я улыбнулась отдельно каждому и остановила свой взгляд на Наталье Павловне.
Улыбка сползла с её лица, глаза сошлись на переносице, и голова резво полетела в сторону стола. Вот повезло ей, что я напротив сидела и успела подтолкнуть салатницу вперёд, а то бы и нос себе могла расквасить, учитывая, с какой скоростью она подалась вперёд. А так ничего: упала своим одутловатым личиком прямо в оливье.