Упала бы в холодец — обязательно озаботилась бы, чтобы муж не дал ей замёрзнуть, а так нормально. Вполне мягко и удобно, лишь бы воздуху хватило. А то зарылась по самые уши.
— Мама, — произнёс Валера, опуская бокал на стол.
— Наташа, — сказал Николай Васильевич, озабоченно разглядывая затылок своей ненаглядной.
И ни один из них не попытался вытащить Наталью Павловну из салатницы. Я тоже решила, что это не женское дело. В конце концов, рядом сидят два близких родственника, им и карты в руки.
Не торопясь, протянула руку к вазочке и взяла шоколадную конфету. После кислого шампанского — самое то. Как говорил когда-то отец: «Посолодить».
И, учитывая, что они оба — и папочка, и сын — продолжали сидеть болванчиками, решила подсказать им дальнейшие действия.
— Николай Васильевич, вы не хотите помочь своей жене выбраться из салата? А то у неё весь тональный крем сползёт, и оливье уже никто есть не сможет.
Про то, что она может задохнуться, не сказала ни слова. Дядя уже взрослый и сам должен был понимать, что раз лицо полностью погрузилось то это чревато, если только дамочка не умеет дышать ушами.
Кстати, удивительно, что человек не умеет этого делать именно ушами. Там ведь всё взаимосвязано.
Помнится, рассмешили одного товарища, а он в тот момент вино хлестал из стакана. Так оно у него и через нос, и через уши фонтаном пошло, то есть дырочка имеется. И почему не дышать? Хотя, возможно, там обратный клапан стоит. Совершенно не разбиралась в этом. Знать заранее, что будет такая ситуация, я бы в вертушке, когда меня в Симферополь везли, обязательно у лора поинтересовалась.
Николай Васильевич, благо рядом сидел, сообразил всё ж таки, что тело, погруженное в майонез, может и не очнуться, если ему все отверстия не освободить. И, схватив супружницу за волосы, приподнял голову над тарелкой.
Ну и рожа! Только на аватарку ставить, чтобы народ, заглянув на страничку в соцсетях, зависал на ней в предынфарктном состоянии. Крем на лице, размякнув, превратился в нечто похожее на клейстер и, словно магнит, притянул к себе мелконарезанные частицы салата, обильно смазанные майонезом.
— Наверное, нужно полотенечком протереть лицо, — подала я ещё одну идею.
Наталья Павловна в этот момент громко всхрапнула. Николай Васильевич от неожиданности разжал ладонь, и лицо его дрожайшей супружницы снова утонуло в оливье.
Не удержалась и фыркнула. Слегка, а могла и во весь голос заржать.
Николай Васильевич перевёл удивлённый взгляд на сыночку и спросил:
— Она что, бокалы перепутала?
Всё ж таки неплохой бонус получила при переносе, как ни крути. Уже который раз вытаскивал меня из полной задницы.