— Ты хочешь меня? — переспросила она медленно. — Серьёзно?
— Ну да…
— А час назад ты хотел Аню. Или кого ты там трахал сегодня?
Марк открыл рот и закрыл. Возразить было нечего.
— Я не буду разменной монетой, — сказала Лена ровно. — Не буду той, кем ты утешаешься, когда основное блюдо съедено. Иди спать и руки держи при себе.
Лена легла обратно, отвернулась к стене, выключила свет.
Она отшила его, жёстко, холодно, как чужого. И он вдруг поймал себя на мысли, что это больно. По-настоящему больно. Раньше такого не было.
Марк долго лежал, глядя в потолок. Хотел что-то сказать и не мог. Потом повернулся на бок и закрыл глаза. Внутри всё клокотало: обида, злость, странное чувство унижения. Она никогда с ним так не разговаривала. Никогда не отказывала.
Что-то сломалось. Или только начинало ломаться.
На следующий день Ира ждала её в том же кафе, где они сидели месяц назад. Теперь они встречались регулярно, раз в неделю, по субботам, когда Марк забирал Пашу и увозил к своим родителям на мужской уикенд.
— Офигеть, — выдохнула Ира, когда Лена подошла к столику. — Ты с каждым разом всё лучше. Это уже неприлично.
Широко и открыто улыбаясь, Лена села напротив подруги, сняла пальто. Новое. Длинное. Элегантное. Под ним оказалась водолазка, обтягивающая фигуру так, что Ира присвистнула.
— Водолазка? С ума сошла? В ней же дышать нельзя.
— Можно, — Лена взяла меню. – Главное, не есть много.
— Ты и так не ешь. Смотри, ветром сдует.
— Ветер — это хорошо. Ветер перемен.
Ира хмыкнула, отпила кофе. Посмотрела на подругу внимательно.
— Ну, рассказывай. Как наш подопытный?
Лена пожала плечами с показным равнодушием.
— Нормально. Регулярно продолжает бегать на свидания. Раз в неделю, по вторникам. Аня, кажется, вошла в привычку.
— А ты?
— А я хожу в спортзал. В салон. По магазинам. Ира, я столько денег потратила за этот месяц, мама дорогая. Но знаешь, ни разу не пожалела.
— А деньги? — спросила Ира. — Марк не спрашивает, куда уходят?
— Спрашивает, — Лена усмехнулась. — Я говорю: «На себя» . И он замолкает. Потому что у меня есть своя бухгалтерия на удалёнке, и я имею право тратить то, что сама заработала. Да и общие деньги такие же мои, как и его. Он тратит на Аню: цветы, кафе, такси, нарушает мои же правила. Но я больше не собираюсь быть полицейским в этом браке. Пусть тратит. Я тоже трачу. На себя.
Ира покачала головой.
— Лен, ты пугающе спокойна. Это нормально?
— А что мне делать? Рыдать? Я отрыдала своё в первую неделю. Теперь я просто… живу.
— С ним под одной крышей? Не тяжело?
Лена задумалась. Правда, как она себя чувствует? Странно. Будто они с Марком живут в параллельных мирах, которые иногда пересекаются на кухне. Он спрашивает про ужин, она отвечает. Он рассказывает про работу, она кивает. Он пытается её обнять, она мягко, но настойчиво отстраняется и уходит.