(Пять лет назад)
Знаешь, как бывает на студенческих экскурсиях? Тащишься с группой на какую-нибудь обязательную тусовку, вроде выставки «Премиум-Туризм Гостеприимство», стоишь в толпе, слушаешь какого-то зануду с презентацией и думаешь о том, как бы побыстрее сбежать и выпить кофе. Типичный день будущего менеджера по туризму, каким была я, Мирослава Бельская, студентка первого курса.
А потом на сцену выходит… Он. Нет, серьезно. Не просто очередной упакованный в дорогой костюм мужчина, а именно ОН.
Виктор Штерн. Основатель «Штерн Групп». Звучало, как выстрел.
Я слушала, раскрыв рот, и не могла оторваться. Он говорил о роскоши не как о золотых унитазах, а как об «иллюзии дома для тех, кто его лишен». И его взгляд… его тяжелый, серо-стальной взгляд, скользил по залу и раз за разом возвращался ко мне. Мне так, во всяком случае, казалось. Наверное, я просто придумывала, потому что сама не могла отвести от него глаз.
— Ты видела, как он на тебя смотрит? — прошипела на ухо моя подруга Катя, бесстыдно тыкая в меня локтем. — Ему явно нужна не иллюзия дома, а что-то более… осязаемое. И, кажется, он уже выбрал объект.
Я фыркнула, стараясь сохранить безразличный вид:
—Перестань. Ему лет сорок, не меньше. Что ему какая-то студентка?
— А что? Тебе уже восемнадцать! Ты взрослая женщина, можешь позволить себе такого мужчину. Представь, эти губы… эти руки… — Катя закатила глаза. — Он мог бы целовать тебя везде. И я уверена, он мастер своего дела.
— Заткнись! — засмеялась я, но щеки предательски запылали. Мысли, подстрекаемые ее словами, пустились в опасный и соблазнительный пляс.
Потом я отстала от группы и разглядывала макет его нового проекта: невероятно красивый, но холодный. Достала свой блеск для губ, решив немного «освежиться», и вдруг за спиной раздался низкий, бархатный голос, от которого по коже побежали мурашки.
— Нашли изъян?
Я вздрогнула, чуть не уронив тюбик. Обернулась. Он стоял так близко, что я почувствовала легкий шлейф его парфюма: дорогой, древесный, с холодной примесью чего-то неуловимого. Власти.
— Нет, — выдохнула я, заставляя себя встретиться с его взглядом. — Просто… много мрамора. Для «иллюзии дома».
Его губы тронула чуть заметная улыбка. Он наклонился ближе, будто в шумном зале было не расслышать, и его дыхание обожгло мое ухо.
— Главное правило реальности – не запутаться в своих иллюзиях.
Он мягко вынул из моих пальцев тюбик с блеском. Его пальцы едва коснулись моих, и по руке пробежал ток.