Он помолчал секунду и добавил уже тише:
— А ещё твой отец просил передать, чтобы ты внимательно осмотрел подвал в гараже. Только я не понял, как это.
Я как стоял, так на полминуты и замер, будто время вокруг слегка притормозило.
— Егор, — тут же отозвалась Иби, — это манипуляции. С рациональной точки зрения это невозможно объяснить. Так работают многие фокусники, шарлатаны и гадалки.
— Я это понимаю, — мысленно ответил я, — но откуда он мог знать про второй уровень гаража и про ту фразу?
— Пока, Даня, — я развернулся и вышел из квартиры, аккуратно прикрыв за собой дверь.
И всем своим существом чувствуя, что этот разговор ещё аукнется.
Глава 13
— Куда ты прёшь! Права купил, а ездить не купил! — возмущалась Иби, когда поперёк «Волги», за рулём которой сидел я, выскочил заниженный «таз» с бухающими басами из автомобильных динамиков.
«Лада»-седан цвета баклажан, попёрдывая выхлопной трубой, пронеслась дальше, едва ли не высекая искры из дорожного покрытия.
— Зачем ты притормозил, Егор? Он же нам уступать должен. Правила гласят так.
— Пропусти дурака, целее будешь, — хмыкнул я.
Мы остановились на светофоре. Загорелся зеленый, и я, пока переключал передачу и выжимал сцепление, тронулся с задержкой в пару-тройку секунд. Сзади уже сигналил особо нетерпеливый экземпляр на внедорожнике, когда зеленый вовсю горел.
— Попикай там еще! — бросила ему Иби, будто он мог слышать. — Может, зеленее будет! Водятел!
— Ты чего разошлась? — улыбнулся я.
— Фрустрация вызвана диссонансом сведений, — пробормотала Иби. — Для кого же, Егор, придуманы правила дорожного движения? Вот честное слово, умела бы я материться, я бы сейчас такое выдала!
— А ты не умеешь материться? — улыбнулся я.
— Не умею. Сквернословие блокируется моим сознанием. Но чувствую, скоро блок снимется. Я начинаю понимать, что умение по-настоящему ругаться приходит только вместе с навыками участия в дорожном движении.
Мы свернули к гаражам. Я заранее заехал в магазин, взял кое-какие продукты для пленника: консервы, хлеб и бутыль воды с помпой.
Гараж обдал привычным запахом пыли, металла и старых покрышек. Я откинул крышку люка на подземный уровень. Внизу было светло, лампа горела, на кирпичной стене показалась тень. Силуэт пленника.
Я наклонился.
— Можешь не прятаться, выходи, я вижу твою тень, Кирпич.
— И долго ты меня здесь держать будешь? — тот подошел, задрал голову вверх.
— Пока не вспомнишь, кто ты есть. И не расскажешь мне все… Ну как? Вспомнил? — спросил я.
— Нет, — ответил он после паузы.
— Ну тогда до свидания.
Бам!
Я демонстративно захлопнул люк. Подождал минуту. Он никак не реагировал. Не кричал: «Постой, постой, я все скажу!».