— Это друг, — отвечаю уклончиво, но чувствую, как губы предательски растягиваются в улыбке.
— Ага, друг! Уже сколько шифруетесь? Каждый день уже встречает на машине за три ляма! У меня бы такой друг был! — она театрально вздыхает.
Алинка подходит с другой стороны, ее каблуки цокают по асфальту, хитро улыбается:
— Слушай, а может, познакомишь? У него наверняка есть друзья, такие же… дружелюбные.
— В гробу я видал вас, сводниц и хитрых схемщиц, — голос Никиты за спиной заставляет подпрыгнуть.
Сердце делает кульбит. Он вышел из машины, а я и не заметила — джинсы сидят идеально, простая белая футболка подчеркивает загар, солнечные очки спрятаны в воротнике. Но вся его посадка, манера держаться, этот чуть ленивый взгляд выдают человека с деньгами и властью. Даже воздух вокруг него вибрирует по-другому.
— Никита, — шиплю, чувствуя, как щеки наливаются жаром. — Ты же говорил, будешь в машине ждать!
— Устал ждать, — пожимает плечами и забирает у меня папку. Его пальцы на секунду касаются моих — электрический разряд пробегает по коже. — Девушки, приятно познакомиться лично. Но Соня занята. Окончательно и бесповоротно.
Ника открывает рот, глаза у нее как блюдца. Алинка давится смешком, прикрывает рот ладонью.
— Пойдем, — хватаю его за руку и тащу к машине.
Не отвечаю. Залезаю в машину, сгорая от смущения. Кожаное сиденье прохладное, пахнет его парфюмом — древесным, дорогим.
— Зачем ты так? — упрекаю, пока он заводит мотор. Двигатель урчит мягко, как довольный кот.
— Надоело прятаться, — берет мою руку, целует костяшки пальцев. Губы обжигают кожу. — Ты моя. И пусть все знают.
Сердце пропускает удар, потом бьется как сумасшедшее. Восемь месяцев встречаемся, а я до сих пор не привыкла к его собственническим замашкам. К тому, как он смотрит — словно я и правда центр его вселенной.
— Они теперь покоя не дадут, — вздыхаю, но не могу сдержать улыбку.
— Откроют брачное агентство, — смеется он, и морщинки в уголках глаз становятся глубже. — Слышал их разговоры в прошлый раз по вашей видеосвязи. «Сводницы Москвы» — отличное название для стартапа.
Тычу его в плечо, чувствуя твердые мышцы под футболкой:
— Не смешно!
— Смешно. Домой?
— Домой.
Странно называть домом его квартиру. Точнее, уже нашу. Внутри все переворачивается от этой мысли. Переехала пару месяцев назад — Никита просто приехал в общежитие с грузчиками и вывез мои вещи. Сказал, хватит мучиться в этом курятнике. Девки с общаги смотрели круглыми глазами, когда два здоровенных мужика выносили мои коробки.