Немигающие глаза императора пронзили насквозь.
— Все, что тебе нужно — подписать бумаги. С ними ты можешь пойти в любой храм Эрриона, ни один жрец не откажет тебе в расторжении брака в одностороннем порядке.
Да, поскольку брак императора и его детей всегда не только светский, но и храмовый, одной бумаги недостаточно. И всё же…
Руки тряслись, но я не обратила не это внимания и не подумала стесняться.
Пальцы сжались на стопке бумаг. Я испугалась, что сомну их, и медленно разогнула пальцы.
— Позволите? — Мне нужно их прочесть. Изучить каждую закорючку от и до. И даже если император посчитает это недоверием — пусть так. Я не доверяю ничему, пока не увижу собственными глазами. Так и есть.
— Изучай, — мужчина легко поднялся и отошёл к окну, замерев.
Не знаю, что он там видел и о чем думал. Я махнула рукой Корри — и погрузилась в изучение бумаг. Я не позволяла себе отвлекаться. Не позволяла эмоциям прорваться наружу. Не позволяла ликованию затопить себя с ног до головы.
Всё было четко, просто, понятно. Без ловушек, экивоков и странных скользких моментов.
Брак между Тристаном Мъяргом и Аэри Мъярг признавался недействительным. Это был не просто развод, это… была индульгенция. Прощение. Нет. Возврат в прошлое. Согласно этой бумаги брака просто не было. Аэри Сорлейн оставалась незамужней невинной девицей. Более того, она сохраняла за собой право на все средства, которые корона выделила её родителям в качестве выкупа.
Мне не нужны были эти деньги, но и лишними они тоже не были. В конце концов, отдам на благотворительность. Её мало не бывает.
Второй бумагой Аэри Сорлейн признавалась полностью самостоятельной личностью, которая имела право от своего лица вести дела, заключать договоры, арендовывать помещения, нанимать слуг, приобретать собственность — и многое другое. Третья бумага обязывала Аэри Сорлейн пройти полноценное обучение на мага. В случае успешного прохождения испытаний Аэри Сорлейн даровался герцогский титул, земли и новое имя рода, которое можно будет передать в наследство.
Немыслимая вещь для женщины.
Сердце неприятно сжало. Это…
— Я не сомневаюсь, что Шаннер добьется своего, — раздался в тишине спокойный голос императора, — мой сын умён и осторожен с одной стороны, и настойчив до безумия — с другой. Как и все крылатые вьерды, Шаннер — одержимый собственник. Если он решил, что ты его, эрса Аэри, ни я, ни сами боги, ни весь мир не сможет лишить его тебя.
— Не думаю, что вы хотели для своего сына такую жену, как я… — Я резко обернулась. Хотелось откровенности. Прямо. В лицо.