– Почему Владыка Драконов не разрешил нам быть на празднике? – нахмурилась Виола.
В памяти Элины всплыл недавний разговор с Девилом. Она пришла к нему с просьбой запретить детям участвовать в торжестве. Мужчина долго молчал, а потом поставил условие: он согласится, если на празднике Элина трижды ответит «да». Тогда ей было все равно, главное, дети будут в безопасности. Теперь же от этой мысли на душе становилось тревожно.
– Он переживает за вас, как и я, – мягко сказала Элина.
– И я переживаю! – Виола сжала кулачки. – Я не хочу, чтобы ты пропала, как мама и папа. Я этого не вынесу…
Сердце Элины сжалось. Понимая, что малышка на грани слез, она обняла ее и прошептала:
– Я буду всегда рядом.
– Точно-точно всегда? – с надеждой спросила Виола.
– Конечно, – Элина улыбнулась, стараясь придать голосу уверенности.
– А ты ведь любишь нашего Владыку Драконов, верно? – неожиданно спросила девочка.
Элина замерла, совсем не ожидая подобного вопроса от маленькой девочки, но задумалась на мгновение и тихо ответила:
– Очень люблю. Всем сердцем. И мне так плохо без него…
– Тогда почему вы не вместе, как мои мама и папа? – не унималась Виола.
– Он Владыка Драконов, а я… – начала было Элина, но девочка перебила ее:
– Нет! – Виола уверенно топнула ножкой. – Он смотрит на тебя так же, как папа на маму. Значит, это любовь. Я точно знаю!
Элина не смогла сдержать улыбки. Она погладила девочку по голове и сказала:
– Я поняла тебя, моя очаровательная принцесса. Ты присматривай за другими, а я пойду. Меня уже ждут.
По извилистым каменным дорожкам медленно шли люди – величественные, с горделивой осанкой, в одеждах, мерцающих в отблесках вечернего света. Они плавно опускались на землю, бережно расправляли ткани одеяний и ставили перед собой тонкую свечу, чей трепетный огонек дрожал в прохладном воздухе.
Элина присела там, куда указал Доран – старший страж Королевства. В тот же миг в дальнем конце прохода появился Владыка Драконов. Он шел неспешно, с достоинством, будто сам воздух склонялся перед его поступью. Шаг за шагом он продвигался по проходу, пока не вышел в центр круга.
В белоснежном костюме, расшитом нитями золота, он выглядел поистине царственно – гордый, прямой, с высоко поднятой головой. Свет свечей играл на вышивке, отбрасывая блики, словно звезды, упавшие с небес.
– Крылатые Друзья, – его голос, глубокий и звучный, разнесся над собравшимися, – сегодня я пришел к вам не с приказом, а с памятью. Памятью о тех, кого больше нет с нами. Их подвиги, их мудрость, их сердца – все это живет в нас. Мы чтим их, любим и берем с них пример. И еще я пришел со словом, что должно быть сказано.