«Во даёт, — подумал я. — В таких условиях хотя бы в живых остаться уже хорошо, а он о богатстве думает».
— Звучит интересно. — Я кивнул.
— Не беспокойся. — Ходарев улыбнулся. — Тебя я тоже не обижу. Ты станешь мечом «Драконьей головы», твоя семья сделает огромный шаг вперёд. У вас появится возможность обрести знатность. Стать частью Императорского двора. Но только после того, как мы добьёмся полного расположения его императорского величества. Кстати говоря, определённые бонусы ты уже заслужил.
— Какие? — Я вскинул брови, сделал вид, что удивился.
— Ну, змеелюдов ты прижал вполне успешно. Поспособствовал изоляции Синепламенного района, и уничтожил около сотни тварей. Ирина Николаевна поставила тебе высочайшую отметку в классный журнал, а я обеспечил выплату гонорара в размере полутора миллиона рублей за тяжёлое боевое ранение. То есть денег хватит, чтобы переехать на третий радиус Града Ростовского, и даже машину купить. В салоне, не с рук. Там уж распоряжайся деньгами по своему усмотрению. Они твои, и ничьи больше.
Ходарев достал из кармана золотистую карточку, похожую на иммиграционный пропуск, и положил её на тумбочку.
— Это обновлённый пропуск, зачарованный связующим банковским заклинанием, — пояснил Ходарев. — У тебя на руках теперь куда больше сорока тысяч, потому в карманах столько не утащишь. Заклятие при оплате картой телепортирует деньги из сейфа банковского хранилища в депозитарий того, кому ты платишь. То есть кучу наличности носить с собой больше не надо. Это тебе подарок лично от меня.
— А что с пропуском на первый радиус?
— Допуска туда у тебя нет, но это пока что. Его обязательно откроют, если ты поможешь мне отвоевать провинцию.
— Ну, хорошо, — ответил я. — Я согласен. Раз уж пошла такая пляска, то с конкурентами что делать? Они ведь будут мешать, на мой взгляд. Будут пытаться нас опередить.
— С ними мы тоже разберёмся. — Ходарев задумчиво глянул в окно. — Видишь ли, есть у них ряд отвратительных качеств, которые мне очень не нравятся. Например, странные сексуальные предпочтения.
— Какие? — спросил я.
— Кузьмин — педофил, Слепень — некрофил, — с долей омерзения пояснил Ходарев. — И я даже не знаю, что из этого омерзительней. Кстати, я узнал кое-что интересное, когда восстанавливал документы твоей семьи. При первой встрече ты сказал, что ищешь отца. И это забавно, с учётом того, что твой отец числится пропавшим без вести уже лет шестнадцать как. А ещё…. Кузьмин определил твою сестру, Анжелу, в сексуальное рабство. О ней ты почему-то слова не сказал. Зачем солгал?