Ксандор вышел вперед и, взяв меч у одного из воинов, ударил металлом о металл.
– Выходите! – крикнул он. – Мы отпустим вас с миром!
От густой тени дома отделились три фигуры. Иве показалось, что она узнает в одном из молодых воинов своего старого знакомого – Бара, того самого парня, который вместе с напарником доставил ее к палатке префекта. Сейчас он отчаянно трусил и дрожал, даже не пытаясь скрыть страх.
Бар первым упал на колени. Другие двое, переглянувшись, последовали его примеру.
– Ком-мандир, – едва проговорил он трясущимися губами, его глаза метались от хмурого лица Ксандора к алым жрицам. – Вы… Вы…
Нетрудно было догадаться, что хотел сказать Бар. Наверняка воинам уже объявили, что префект пал жертвой проклятия, потому его и сменил новый командир. Но теперь Ксандор вернулся. И он защищает ведьм! Значит, действительно проклят!
– Не убивайте! – отчаянно крикнул Бар: у него неожиданно прорезался голос, зато решительность оставила окончательно, и молодой воин ничком упал в пыль.
– Ступайте, – устало произнес Ксандор.
– Не отпускай их, – раздался угрюмый голос.
Ива обернулась и увидела того самого стражника, чье лицо было обезображено.
– Они приведут остальных.
Ксандор сжал челюсти. Глаза его превратились в две щели. Он перехватил было меч, чтобы тот удобнее лег в руку, но поймал взгляд Ивы и опустил оружие.
– Не успеют. Мы покинем город раньше. Хватит убийств. Идите!
Стражей не пришлось просить дважды. Воин со шрамом покачал головой.
– Ты сделался мягок, принц.
Принц! Значит, он знает! Он один из немногих посвященных, потому и остается рядом до конца.
– Он влюблен, – сказал кто-то из отряда, Ива не смогла разглядеть лица, но в словах не слышалось насмешки.
– Или зачарован магией, – проворчал второй.
– Или и то и другое вместе, – усмехнулся третий, судя по всему, балагур. – Разве любовь не самая сильная магия?
И все рассмеялись, сбрасывая напряжение, позволяя себе минутный отдых. Ксандор не останавливал их. Наклонился к Иве и шепнул:
– Собирай девочек. Поторопись.
Ива кивнула и взбежала по ступенькам крыльца. Сколько раз ее ноги касались этих деревянных, сглаженных временем ступеней! Сколько раз она сидела на них, грея руки о чашку с горячим взваром, разглядывая небо. Неужели сейчас она в последний раз поднимется в Алый дом? Нет, просто дом. Ее родной дом, где знакома каждая трещинка на стенах, где по утрам под босыми ногами поют половицы, где на комоде ожидают свою хозяйку флакончики с духами. Больше у нее не будет дома…
– Тензи, – шепотом позвала она, встав у порога и вглядываясь в темный пустынный коридор. – Где вы, девочки?