Ксандор хрипло вздохнул и бережно положил огромные руки на ее тонкие плечи, погладил, точно опасался, что Ива лишь мираж и может растаять в его объятиях. Вдохнул аромат волос.
– Девочка моя…
Они застыли в безмолвном сладостном мгновении, одни против целого мира.
А там, за пределами их сплетенных рук, происходило что-то грозное и пугающее. Ива слышала звон оружия, гортанные крики и вопли боли.
– Нам нужно торопиться, – сдержанно произнес Ксандор, чуть отстраняя Иву от себя. – Ничего не бойся.
Он оглянулся на дверь, раздумывая, есть ли еще секунда на объяснения, и кратко добавил:
– Мы освободим твоих сестер. Постараемся уйти за пределы города.
– Но… Ведь ты командир? – прошептала Ива, вслушиваясь в тревожные звуки за дверью. – Почему ты просто не прикажешь им остановиться?
– Я могу рассчитывать только на небольшой отряд верных мне людей. Остальные думают, что я одержим алой ведьмой и не ведаю, что творю. Нас попытаются убить.
Ива побледнела.
– Но я им этого не позволю, – добавил Ксандор.
В коридоре сделалось тихо. В проем двери заглянул воин с обезображенным шрамом лицом – Ива узнала его, он стоял у палатки Ксандора в тот день, когда Ива пришла убивать префекта. Она вздрогнула, но стражник не собирался нападать, наоборот, кивнул Ксандору.
– Все чисто.
Вот уж не думала Ива, что этот неприятный человек окажется на их стороне! Видно, он действительно верен своему командиру.
– Идем.
Ксандор ободряюще кивнул и пошел первым. В коридоре ожидали другие воины: трое, один из которых оказался ранен. Они склонили головы перед Ксандором. На полу лежали тела убитых, среди них Ива разглядела стражника, что отвел ее к Силвану. Он скорчился, прижимая руки к перерезанному горлу, но уже не дышал.
Ива зажмурилась, чтобы не видеть. Война – это так страшно. Сколько крови, сколько смертей…
Ксандор, ни слова не говоря, взял ее за руку и повел за собой. Ива чувствовала, что ее босые ноги наступают в липкое, теплое…
Ксандор негромко переговаривался с воинами своего отряда.
– Сколько наших осталось? – услышала Ива.
– Троих потеряли. Значит, четырнадцать.
– Хорошо.
Голос Ксандора звучал спокойно и сухо, но Ива знала, что это нехорошо. Это очень, очень нехорошо!
– Ива! Ива!
Ива узнала голос Жасмин и едва удержалась на ногах, когда сестра кинулась к ней на шею.
– Ивушка! – Гербера обвила ее за талию, положила голову на плечо.
Сестренки выглядели бледными, уставшими и испуганными, но невредимыми. Силван не успел до них добраться. Ива огляделась, пытаясь понять, где она. Увидела холл с массивным столом, за которым секретарь записывал просителей. Лепнину на потолке и вытертый до дыр старый ковер. Первый этаж Дома Совета! А где же Ирис, Азалия и Роза?