Другой путь ведет его обратно в Курж, где Силван, занявший место командира, вовсе не будет рад возвращению конкурента. А приказ дает ему право убить каждого, кто попал под влияние чар алой жрицы. Что может сделать Ксандор с маленьким отрядом верных ему людей? Не проще ли отступить? Ведь, возвращаясь в Курж, он практически идет на верную смерть…
Ива сама не замечала, как постепенно ее плавный танец превращается в пламя, бьющееся в центре урагана. Сердце разрывали сомнения и боль, а танец передавал все ее чувства.
«Вернись за мной!» – умоляло сердце.
«Не возвращайся! Беги!» – кричал разум.
«Он и не думал возвращаться, глупая. Он свободен. Он уже забыл тебя», – плакала душа.
Ива танцевала, пока позволяли силы. Она ждала, что вот-вот жестокая сильная рука сожмет горло, а равнодушный голос скажет: «Хватит!» Однако Силван молчал.
Но вот ноги Ивы подломились. Она не ела уже несколько дней, удивительно, что вообще смогла столько продержаться. Все. Настало время посмотреть в глаза своему страху.
Ива подняла голову. Силван стоял, скрестив руки на груди, и смотрел так, будто только сейчас впервые разглядел Иву. На миг в ее душе шевельнулась безумная надежда, что все не напрасно.
Но тут лицо мужчины исказила знакомая кривая ухмылка.
– Свои деньги вы зарабатываете не зря, – признал он. – И прежде чем ты получишь наказание за свою дерзость, я разрешу тебе раздеться самой.
Ива до боли закусила губу. Больше рассчитывать было не на что.
Она взялась руками за подол рубашки и заторможенно, как во сне, потянула его вверх, обнажая тонкое белое тело. Теперь она осталась полностью во власти своего мучителя.
Усмешка стерлась с лица Силвана, он сделался сосредоточен и опасен. Приблизился к ней с неторопливостью хищного зверя, уже загнавшего добычу, – осталось лишь перегрызть горло. Вот сейчас чужие грубые пальцы сожмут грудь, проведут по бедрам, а дальше…
Ива зажмурилась.
И в ту же секунду дверь с грохотом слетела с петель. Следом Ива ощутила обжигающий жар и распахнула глаза. Огненный шар пролетел в нескольких сантиметрах от ее плеча и врезался в грудь Силвана, отбросив того на несколько шагов назад.
На пороге стоял Ксандор.
Ива и раньше слышала выражение «страшен в гневе», но сейчас воочию убедилась, что это не просто слова. Ксандор был страшен. Серые глаза сверкали на смуглом лице, как льдистое пламя, крылья носа раздувались, меч подрагивал в правой руке, точно жало скорпиона, а в левой ладони закручивалось спиралью пламя.
– Я тебя убью, – сказал он Силвану.
– Ксандор, – широко улыбнулся Силван. – Рад видеть тебя в добром здравии!