В результате, щеки приобрели здоровый румянец, в глазах появился блеск. И Баженов, глядя на меня, сиял ничуть не меньше.
Сама же наша с ним «сказка» продолжалась.
Мне до сих пор не верилось, что все это происходит по-настоящему. Что этот сдержанный, серьезный мужчина, мой начальник, может быть таким нежным, заботливым и… как будто .
Мы ездили на пруд купаться.
Вернее, мы с Кариной купались, а Тимур Артурович сидел на берегу и читал какую-то умную книгу, периодически отрываясь, чтобы убедиться, что мы не утонули.
Мы ездили на речку, где вода была чище и прохладнее. И там купались уже вместе, брызгались, смеялись, как дети.
Затем пробовали ловить рыбу, но так и не поймали ни одной.
Баженов потом сказал, что рыба просто чувствовала его энергетику и сбегала подальше.
Мы катались на лошадях. Правда, Карина все еще седлала козу. Утверждала, что она гораздо грациознее и умнее любой лошади. Коза, в свою очередь, стоически выносила все ее прокатное безумие, лишь изредка недовольно блея.
Малышка подружилась с соседскими мальчишками. Они с радостью играли с ней и делились своим опытом. Я была счастлива, что она теперь не просто качалась на качелях, а общалась со сверстниками.
Однажды мы пасли коров на лугу. Втроем – я, Тимур Артурович и Карина. Карина, как опытный пастух, гоняла коров прутиком и командовала ими, как армией.
Мы с Баженовым сидели на траве, любовались пейзажем и разговаривали обо всем на свете. О работе, о жизни, о будущем…
Я вдруг поняла, что мне с ним невероятно легко и комфортно. Что я могу быть с ним настоящей, а он со мной тоже не строил из себя грозного босса.
Еще один день мы провели в поле. Собирали колоски пшеницы после уборки урожая.
Папа сказал, что это поможет земле отдохнуть и подготовиться к следующему посеву. Работа была монотонная, но какая-то умиротворяющая. Мы молча ходили по полю, собирали колоски и любовались закатом.
А потом, уставшие и счастливые, ели бутерброды с домашней колбасой прямо на траве.
Все было настолько романтичным, настолько настоящим, что возвращаться в Москву просто не хотелось.
Мне казалось, что там меня ждет совсем другая жизнь. Жизнь, полная суеты, стресса и наша сказка закончится.
Начались первые звоночки.
Тимуру стали часто названивать. Сначала это были какие-то короткие деловые разговоры, на которые я не обращала особого внимания.
Но потом звонки участились, а Баженов стал заметно нервничать. Он отвлекался на телефон даже во время наших прогулок, расстраивая Карину и, чего уж греха таить, и меня тоже.
Как-то вечером, когда мы ужинали на веранде, зазвонил телефон. Тимур отошел в сторону, и я услышала обрывки разговора: