— Ладно, как знаешь. Но имей в виду — я начеку.
Тайка кивком поблагодарила дивьего воина и скомандовала коловерше:
— Показывай! — и смело вышла на улицу: в мрак и холод.
На самом деле, было даже не очень поздно — просто зимой дни стали такими короткими, что казалось, будто ночь пришла раньше времени. Снег скрипел под ногами слишком громко, а на соседском участке ухал филин — тут поневоле сердце в пятки уйдёт! Если Пушок действительно собирался напугать Тайку, у него почти получилось.
Ей пришлось даже остановиться, чтобы перевести дух и напомнить себе: эй, всё в порядке. Ты в родном Дивнозёрье. В твой двор, защищённый заговорами-оберегами, никакое зло проникнуть не сможет. Или?..
Всё-таки Пушку не померещилось: пройдя немного вперёд по садовой дорожке, она тоже услышала тоненький плач. Так плачут котята или щенки — никак не супостаты.
Она прибавила шаг.
— Не беги, — пыхтел на ухо Пушок. — Может, жалостливый скулёж на самом деле — приманка. А подойдём ближе, тут нас и сцапают. Неужто сказок не читала? Это может быть аука. Или кто ещё в лесу ребёнком притворяется и плачет?
— Но мы не в лесу, — возразила Тайка. — К тому же все ауки зимой спят. Можешь не подходить, если боишься.
— И тебя одну отпустить на встречу с недругом? Даже без сковородки? Нет уж, на такое я пойти не могу! Просто… будь осторожнее. Если что, беги.
О, она была предельно осторожна. На цыпочках подкралась к холмику, присыпанному снегом, вытянула шею…
Плач прекратился. Тайка подобрала палку и потыкала в холмик — тишина.
Делать нечего, пришлось разгребать снег.
Увиденное потрясло Тайку до глубины души, и она не смогла сдержать удивлённого возгласа. Пушок заметался, захлопал крыльями, пришлось на него шикнуть:
— Успокойся, малохольный. Не видишь — водяница это.
— С ума сошла? Все водные духи зимой спят! Да и река далеко.
— Сам взгляни, если не веришь. И… ой, да мы же её знаем. Это Веселина, помнишь? Подопечная мавки Майи. Надо скорее её в дом отнести и отогреть!
Хрупкая бледная Веселина казалась почти невесомой. И как только дошла по снегу: в одном лёгком платьишке? Дышит же ещё? Уф, дышит.
Тайка и одна бы донесла водяницу, но Пушок старался помочь как мог. Наверное, совестно ему стало за свой страх.
Уже в тепле, когда они пристроили Веселину у печки и Тайка принялась растирать ей руки и ноги, коловерша тихонько промуркал:
— Прости, что такой переполох поднял.
— За что ты извиняешься? — удивилась Тайка. — Если бы не ты, мы бы её вообще не нашли. Замёрзла бы Веселинка насмерть. Так что ты у нас сегодня герой.
— Правда? — Пушок повеселел. — О, это надо отметить! Я в погреб метнусь, за малиновым вареньем? Не для себя, а чтобы больную нашу отогреть-полечить. А ты пока ставь чайник.