— А потом вообще запретила о зимушке-зиме думать. — На глазах у Веселины выступили слёзы. — Говорит, мы водные сущности, для нас зима подобна смерти. Замерзает вода, превращается в стылый лёд, и всё — каюк. Но разве можно запретить мечтать? Я прогоняла мысли, прогоняла, а они всё равно в голове вертятся.
— Могу понять, — кивнул Яромир. — Что бы там ни говорили, а зима — дурное время, навье. Вот в нашем царстве…
Дивий воин не договорил, потому что Никифор на него шикнул, а водянице кивнул, чтобы продолжала.
— Тогда я решила: сбегу! Когда поздняя осень настала, притворилась спящей. Все подруженьки, мавки да бродницы, заснули, а я раз — и утекла. Еле успела: у берега-то уже ледок схватился.
— И где же ты была всё это время? — ахнула Тайка. — Жуть-река ещё в декабре замёрзла.
— Замёрзла, да не везде, — хитро улыбнулась Веселина. — Ниже по течению, за Ольховкой, большущий дом стоит. А от него широкая тёплая труба идёт. В том краю вода не замерзает. Вот я там и сидела, ждала, когда сугробы побольше насыплет. Фантик сказал, что на Новый год непременно должны быть сугробы выше колена.
— Ага, значит, возле завода плавала… Майя будет не рада, — Тайка покачала головой.
Она совсем не ожидала, что обычно тихая водяница вдруг топнет ногой так, что вода из корыта выплеснется на пол.
— Ну и пусть! Я уже большая и сама могу решать, что мне делать!
— Отроческий бунт, — Никифор понимающе крякнул, оглаживая бороду. — А что, самое времечко…
— А сюда-то ты как добралась? От завода до нас далеко, на автобусе ехать надо. — Что-то подсказывало Тайке, что водяница не умела пользоваться общественным транспортом. Да и как бы она заплатила за проезд?
— Пешком по сугробам, — вздохнула Веселинка, подтягивая мокрые ноги к подбородку и снова закутываясь в одеяло. — Фантик всё наврал. Снег этот ваш вовсе не пушистый и ласковый. Пятки жжёт, лицо холодит. Ещё и ветер ух злющий! Намаялась я, в общем. Из последних сил добралась до тебя, ведьма. Потому что вспомнила, как Майя говорила, мол, если чего случится, иди к Тайке, она поможет. И вот я здесь. Спасибо, что не оставила в беде. Так когда Новый год отмечать будем? Я вам подарки принесла — жемчуг речной. Даже Фантику, будь он неладен. Можно их уже под ёлочку сложить? А ты приготовишь этот, как его… овелье?
— Оливье, — со вздохом поправила Тайка.
— И мандарины, — мечтательно протянула Веселина. — Я никогда их не пробовала. А Фантик говорит: кто мандаринов не ел, тот жизни не знает.
Что ж, хотя бы эту мечту они могли исполнить. Тайка достала из холодильника вазочку с фруктами: