— Я знаю, — сказал я. — Я знаю про плутоний, Владимир Иванович. Знаю про реакторы. Знаю про то, что для создания атомной бомбы нужна целая промышленность — урановые рудники, обогатительные фабрики, реакторы, химические заводы. Это не просто научный эксперимент. Это — индустриальный проект.
Вернадский смотрел на меня с изумлением.
— Ваше Величество… откуда вы это знаете? Эти знания еще не опубликованы, они лишь в моих черновиках…
Я усмехнулся.
— Скажем так, Владимир Иванович, у меня есть источники информации, о которых вы не догадываетесь. Но не будем отвлекаться. Главное: возможно ли создать атомную бомбу в России, сейчас, в 1917 году?
Вернадский задумался.
— Технически — да, возможно. У нас есть урановые руды — в Фергане, в Забайкалье, на Урале. У нас есть ученые — я, Иоффе, Капица. У нас есть промышленность, которая с трудом, но наверное сможет изготовить необходимое оборудование. Но… это потребует колоссальных ресурсов и времени. Я думаю, минимум пять лет. А скорее — десять. А за финансы я вообще молчу.
— У нас нет десяти лет, Владимир Иванович. Через несколько месяцев начнется война. И если мы не будем иметь атомное оружие к ее концу, мы можем проиграть.
— Но, Ваше Величество, атомное оружие — это не панацея. Его применение вызовет ужас всего мира. Нас проклянут, объявят варварами, против нас объединятся все.
— А если атомное оружие создадут англичане? Или немцы? И применят его против нас? Что тогда?
Вернадский замолчал.
— Я понял, Ваше Величество, — сказал он наконец. — Я сделаю все возможное. Но мне нужны ресурсы. Люди. Оборудование. И абсолютная секретность.
— Все будет, — сказал я. — Организуйте лабораторию. Берите лучших. Деньги не ограничены. Но помните: никто не должен знать, чем вы занимаетесь на самом деле. Легенда — изучение радиоактивных руд для медицинских целей.
— Понял, государь.
Он ушел, а я остался один. Атомная бомба. В 1917 году. В моей России. Бред.
Я знал, к чему это приведет. Я знал, что через двадцать лет мир содрогнется от ужаса, когда атомные грибы вырастут над городами. Я знал, что это оружие может уничтожить человечество.
Но другого выхода не было. Мир катился в пропасть, и удержать его могла только сила. Абсолютная сила. Такая, перед которой содрогнутся даже самые безумные.
Февраль 1917 года. Последний мирный месяц.
Я объезжал войска, проверял укрепления, говорил с солдатами и офицерами. Все понимали — война неизбежна. Все готовились.
В Польше, на западной границе, я стоял на наблюдательном пункте и смотрел в бинокль на немецкие позиции. Там, за линией фронта, кипела работа — строились укрепления, подвозились снаряды, стягивались войска.