Я вздрагиваю, как будто он прочёл мои мысли.
— Я… — снова начинаю я, но слова ускользают. Боги, и почему я так робею перед ним сегодня? Не выспалась, что ли? Точно, не выспалась! Надо срочно взять себя в руки и прекратить мямлить. — Просто… неловко принимать от тебя такие подарки.
— Это не подарок, — прерывает он так, будто констатируя очевидное. — Это всего лишь платье для прогулки. Я не вижу повода делать из этого что-то большее.
Я поднимаю глаза, и встречаю его взгляд. Суровый, прямой… но при этом без давления. Он словно протягивает мне руку, давая возможность самой решиться.
— Силлмарк рядом, — продолжает он всё тем же невозмутимым тоном. — Мы быстро доберёмся. К тому же, я уверен: тебе будет интересно.
Его уверенность заразительна. Где-то внутри всё ещё шепчет гордость: «Нельзя. Это неприлично». Но рядом с этим шёпотом в груди гулко звучит другое: «Да соглашайся же, Джина!».
И, словно уловив мои колебания, Драгган добавляет:
— Расслабься, Джина. Это просто дружеский жест. Я искренне хочу сделать тебе подарок, который не обяжет тебя ни к чему.
Я колеблюсь ещё миг, затем, вздохнув, киваю:
— Ладно. Если ты настаиваешь…
На его губах появляется едва заметная тень улыбки, и почему-то именно эта сдержанная улыбка окончательно рушит все мои сомнения.
И вдруг я вспоминаю кое-что и спохватываюсь:
— Погоди-ка! Что значит, рядом? Он же стоит на берегу Серебряного моря! А я хоть и плохо знаю эти края, но уверена — отсюда до него — дни и дни пути! Как ты хочешь добраться туда быстро? У тебя какие-то особенные лошади или карета?
В глазах Седрика мелькает лукавство:
— А кто сказал, что мы поедем на карете?
Я не успеваю ничего ответить — воздух между нами вдруг теплеет и сгущается, словно от сильного жара. Вокруг разливается серебристое свечение, зыбкое и холодное, как озёрная гладь под лунным светом.
Сердце мгновенно сжимается: я чувствую, как волосы на затылке встают дыбом, а земля уходит из-под ног. Мир вспыхивает — и рассыпается.
Следующее мгновение — и я уже стою посреди широкой мостовой, залитой солнцем. Вокруг — шум, гул голосов, запах пряностей, соли и дыма. По улице снуют люди, перекликаются торговцы, повозки гремят по булыжнику, а где-то за домами слышен крик чаек.
Я тяжело дышу и сглатываю, чтобы успокоить бешеное биение сердца. Что это было?! Провожу рукой по волосам и чувствую, как по ним буквально брызгают потрескивающие разряды, похожие на крошечные молнии.
Ошеломлённо оборачиваюсь — позади нас ещё на секунду мерцает серебристое сияние, а потом растворяется в воздухе.