Смотрю на него во все глаза, а язык отказывается подчиняться и говорить что-то более осмысленное, чем “э-э-э…”
Меж тем, Драгган откидывается на спинку кресла и с явным наслаждением расправляет плечи, будто скинув с них ношу, которую нес слишком долго. Пристально смотрит на меня и терпеливо повторяет:
— Я не человек, Джина. Я дракон. И это ещё не всё.
— А что ещё? — на этот раз у меня голос и вовсе срывается на какой-то беспомощный комариный писк.
Он делает короткую паузу, а затем добавляет, не сводя с меня внимательного взгляда:
— Я — Чёрный герцог.
— Врёшь! — непроизвольно вырывается у меня, и я, спохватившись, что это легко можно принять за оскорбление, прижимаю ладонь к губам.
— Это же просто сказка! — добавляю я, — Обычная деревенская пугалка…
И сконфуженно умолкаю. Он только что признался, что дракон, а я ещё и не хочу поверить в то, что он — Чёрный герцог? Звучит бредово…
Но его признания тоже звучат не менее абсурдно!
Мир вокруг будто пошатнулся. В голове роятся десятки слухов — странных, противоречивых, пугающе живых.
…Чёрный герцог водит дружбу с нечистью.
…Когда-то у него была жена — красивая, гордая женщина из древнего рода, — но она исчезла без следа. С тех пор её покои в замке заперты, и никто не осмеливается туда войти.
…Над его землями почти не идёт дождь, зато ночью небо над ними усеяно звёздами, какими не увидеть больше нигде.
…У его замка растут чёрные розы, не увядающие даже зимой.
…Он способен разговаривать с бурей — стоит только поднять руку, и ветер послушно стихает.
Я слышала всё это. Смеялась. Не верила.
А теперь напротив меня сидит человек, про которого я давно подозревала, что с ним что-то нечисто, и утверждает, что он и есть воплощение всех этих суеверий! Ещё и дракон.
Хотя, возможно, тот слух про жену не врал. Недаром он так болезненно отреагировал на моё упоминание этой темы… но развивать я ее, разумеется, не буду.
— Это… шутка, да? — мой голос предательски дрожит. Голова идёт кругом, а сердце стучит так, что эхом отдаётся в ушах.
— Нет, — отвечает он спокойно, глядя прямо мне в глаза. — Просто я наконец встретил того, кому могу сказать правду.
Мои щёки вспыхивают, и я мямлю что-то невнятное, не зная, куда себя деть от смущения.
Седрик склоняет голову, будто прислушиваясь к моему сбивчивому дыханию. В уголках его губ мелькает лёгкая тень улыбки.
— Я понимаю, — спокойно говорит он. — Любой бы усомнился.
— Да я бы и сама над собой посмеялась, — бормочу я, чувствуя, как щеки полыхают. — Просто… всё это звучит…
— Слишком неправдоподобно? — подсказывает он.