Я закусила губу. С содроганием подумала, что, если ничего у меня не получится, то я быстро состарюсь. Сколько мне отведено. Год? Два?
— Если бы я знал… — проворчал дед, — прежний хозяин не хотел, чтобы сила рода досталась лорду Дэймону. Вот и спрятал ее так, что не найдешь. Перед самой своей смертью.
Трудный случай. Я шлепнулась на стул и устало провела руками по лицу. Спросила с надеждой.
— Дед, а магию можно купить?
Тот зыркнул на меня из-под насупленных бровей. Невесело усмехнулся.
— Если и можно, то флакон будет стоить целое состояние. Мне жаль тебя… Марианна.
Я подняла на него взгляд. Надо же, по имени назвал. Первый раз за все время нашего знакомства.
— Целое состояние, говоришь… тогда не будем откладывать на завтра, то, что можно сделать сегодня. Времени у меня и так нет. Дед, мне нужна твоя помощь.
Дед заинтересованно посмотрел на меня, и я начала объяснять свою затею.
— Мне нужны формочки для леденцов. Ну, знаешь, такие, как… петушки, звездочки, сердечки. Из дерева, чтобы карамель застывала в них.
Дед посмотрел на меня с удивлением, но потом в его глазах мелькнул огонек понимания.
— Леденцы, говоришь? Хорошая затея. Давай, рисуй, что тебе надо, а я попробую выстругать.
Я принялась рисовать на листе бумаги, придумывая самые разные формы. Сердечки, звездочки, рыбки, даже дракончика нарисовала Дед, сосредоточенно кряхтя, взял в руки резцы и принялся за работу.
Он был настоящим мастером! Сначала он тщательно вырезал контуры, потом выскребал лишнее, придавая формам нужную глубину. Щепки летели во все стороны, а по кухне разносился приятный запах свежего дерева. Руки деда двигались уверенно и быстро, словно он знал каждый изгиб, каждый поворот будущих леденцов.
Когда формочки были готовы, я расцеловала деда в обе щеки.
— Спасибо тебе, дед! Ты настоящий волшебник!
Следующим шагом было варение карамели. Прежде я спустилась в подвал, взяла молоток и, с силой ударила по сахарной головке. Услышала треск. Кусочки разлетелись по ящику, и я с восторгом начала собирать их.
Я взяла кастрюлю, насыпала в нее куски сахарной головы, добавила немного воды и поставила на огонь.
Сердце застучало от волнения. Вспоминала все тонкости, все нюансы, когда готовила петушки в детстве вместе с мамой. Вкусно же было. И у меня должно получиться.
— Главное — не пережечь сахар, иначе будет горько, — приговаривала я.
Сначала сахар начал таять, превращаясь в тягучую массу. Потом он закипел, пузырясь и бурля. Я постоянно помешивала, следя за цветом. Светло-желтый, затем золотистый, и наконец, янтарный.
Я выключила огонь, и начала разливать карамель в формочки.