Но больше всего меня впечатлили местные барышни. Они грациозно порхали тут и там, словно бабочки. Осиные талии, аристократическая осанка и идеальные черты лица. Похоже, мне здесь понравится. Даже очень.
Мечты прервал Оболенский, догнавший меня и сейчас смахивающий с пальто налипший на него снег.
— Вот ей-богу. Надо было поступать в Краснодарскую академию. Там солнышко, море плещется, а тут — холодрыга, — возмутился он и поёжился.
— Друг мой, не знаю, о какой холодрыге ты говоришь. Тут такие барышни, что кровь закипает, — я проводил взглядом стройную брюнетку с длинными ногами и музыкальными пальцами. Хотел бы я, чтобы она сыграла свою мелодию на мне.
Пока я пялился на красотку, в меня кто-то врезался. Повернувшись, узрел блондинку с внушительной грудью и недовольным лицом.
— Смотрите куда идёте! — фыркнула она.
— Но ведь это вы в меня врезались, — недоумённо парировал я.
— Да как вы смеете? Хотите сказать, что это я виновата? — вспыхнула блондинка, пока служанки помогали ей подняться.
Присмотревшись, я заметил знакомые черты лица. Чёрт бы меня побрал! Да это же Лунгина.
— Графиня Лунгина, признавать свои ошибки способен лишь сильный человек. Не позорьтесь и извинитесь за то, что налетели на своего спасителя, — ровным тоном отчеканил я.
— Да что вы говорите⁈ — вскинула руки барышня и замерла. — Постойте, откуда вы меня знаете? — всмотревшись в моё лицо, она удивлённо распахнула глаза и воскликнула: — Так это вы! Вы — тот оборванец!
— Он самый, — широко улыбнулся я и театрально поклонился. — А как ваша помолвка? Состоялась? — спросил я не чтобы поддеть, а чтобы узнать, идёт ли расследование исчезновения Бакаева.
— Вас это, конечно, не касается, но я отвечу. К счастью, помолвка не состоялась, — пока Лунгина говорила, её взгляд просканировал меня с ног до головы. — В этот раз вы выглядите немного лучше. Помылись? — попыталась уколоть эта заносчивая девица, надменно улыбнувшись.
— Да, вижу, манерам вас так и не научили. При встрече пожалуюсь на вас Фёдору. Пускай старший брат займётся вашим воспитанием, — делано цыкнув, я покачал головой.
— Да кто вы такой, чтобы делать мне замечания? И откуда вы знаете моего брата? — ещё больше распалялась Лунгина.
Мимо прошла ещё девица с чёрными волосами, забранными в пучок. На носу очки, а грудь едва умещается за плотной тканью плаща. Повернувшись на ходу, она посмотрела на меня и, помахав рукой, выдала:
— Виктор Игоревич, рада вас видеть, — обворожительно подмигнув, барышня отправилась дальше.
— Откуда ты знаешь дочь Мышкина? — изумился Гриша, провожая её взглядом.