Не дожидаясь ответа, словно его обуял неудержимый порыв, Сергей продолжил, его голос обрел новую, почти фанатичную убежденность, а глаза горели лихорадочным блеском визионера. Он видел дальше, чем обычные смертные, дальше, чем даже многие маги.
— Но крысы — это только начало, — выдохнул Сергей, и эти слова повисли в воздухе Зала Аудиенций, наполненные скрытым смыслом. — Следующий шаг — интеграция в нашу сеть… птиц. Им, конечно, не нужна одежда — их крылья уже совершенное орудие для полёта и маскировки в небесах. Птицами, бесспорно, гораздо сложнее управлять напрямую, их сознание более своенравно и хаотично. Но представьте: если нам удастся научить их действовать полностью самостоятельно, быть поистине автономными агентами, способными выполнять задачи без постоянного, выматывающего ментального контроля… это не просто повысит эффективность магов-менталистов. Это освободит их от рутины, позволит сосредоточиться на стратегических задачах, на более тонком и мощном применении своих способностей. Это даст нам глаза и уши в небе, недостижимые для любого врага, не обременяя ценнейший из ресурсов — разум менталиста. Мы получим тысячи парящих шпионов, не требующих постоянной подпитки вниманием!
Великая Мать, до этого застывшая в своём троне, словно древнее изваяние, медленно подалась вперёд. В её глазах, бездонных и холодных, заплясали искры нового интереса. Её правая рука, унизанная кольцами из обсидиана, едва заметно сжалась, словно она уже чувствовала в своей власти эти невидимые, крылатые армии. Тишина в зале была абсолютной, нарушаемая лишь легким завыванием ветра за окном.
— Отличный план, — сказала она, — действуй!
Следующее, не менее интригующее испытание проходило в затерянной в снегах деревне Инаур. Повозка, скрипя под тяжестью снега, доставила Сергея и сестер почти к тому же самому месту, что и в прошлый раз, лишь на этот раз остановившись чуть поодаль от покосившегося деревянного моста через замерзающий ручей. Воздух был колким, пропитанным запахом хвои и свежего снега, а единственный звук, нарушающий тишину, — это шепот ветра, запутавшегося в ветвях вековых елей.
Звягинцев осторожно выпустил своих подопечных — крыс, каждая из которых на этот раз была «экипирована» в плотный чехольчик из грубой мешковины, изнутри щедро набитый обветшалым, но теплым мехом. Эти самодельные одежки не только защищали крошечных разведчиков от пронизывающего мороза, но и делали их силуэты менее заметными на фоне серой земли и темных стволов.
Послушные безмолвному приказу, животные, припадая к земле, шустро перебежали мостик, укутанный снежным одеялом, и скрылись в тени деревьев, откуда открывался вид на затихшую деревню. В этот миг Сергей, погружаясь в их сознание, увидел мир глазами маленьких шпионов. Он предстал перед ним исполинским, пугающим царством, где каждый сугроб казался нерушимой ледяной горой, а стволы деревьев — гигантскими, шершавыми колоннами, уходящими в бесконечное, заснеженное небо. Холод проникал сквозь мех, заставляя мышцы сжиматься, а вокруг витали запахи снега и замерзшей земли, перемешанные с отдаленным дымом из печных труб, обещающим тепло.