Под ногами треснуло. Нанесённая ветром снеговая шапка величественно потекла куда-то в сторону и вниз, увлекая за собой и зазевавшегося главу Тайной службы. Рывок! Напитанные силой мышцы швырнули тело вперёд, единым прыжком преодолевая с десяток метров. Рывок! Не было под ногами надёжной опоры, не от чего оттолкнуться — только скорость, только движение, только инерция. Рывок!
Каким-то чудом, сам не понимая как, взобрался на достаточно высокий и надёжный скальный выступ. Примостился сверху, глядя, как течёт по обе стороны от его насеста небольшая лавина. Когда всё успокоилось, спустился осторожно, проверил стабильность пути. И упрямо отправился дальше.
Мышцы и связки от перенапряжения ныли. Иногда всё же очень хотелось позавидовать тем, кто шёл по физическому пути постижения силы. Вот отправили бы сюда вместо бедного сноходца кого-нибудь егеря-Лесьяра или ведуна из Старых Волков — давно б, поди, оказался посланник где нужно!
Лисик печально вздохнул. Проворчал, что никакой он не полярный, и вообще, холод не любит. Настойчиво прибавил шагу.
Если отвлечься от лезущей в глаза снежной крошки, коварных расщелин вокруг, неверного серого льда под ногами… В общем, если забыть обо всех неудобствах, то горы выглядели великолепно. Вздымающиеся в поднебесье пики дышали величием, мощностью, чистотой. Облака клубились так близко, что мнилось: протяни руку — и их коснёшься. А ночью, когда небо очистилось, звёзды оказались вдруг невероятно близки и столь же отчаянно бесконечны. Панорама эта оставила в сердце оттиск, подобный великой печати.
Но самое главное, конечно, танец энергий. Свивающиеся среди пиков потоки потрясали глубиной, насыщенностью, разнообразием. Любоваться их вечно меняющимися извивами можно было веками. Собственно, отшельники и любовались.
Лисик упрямо уткнулся взглядом под ноги, в мутные глыбы грязного льда. И шёл дальше. И дальше. И ещё хотя бы немного.
В какой-то момент, кажется, за пару часов до рассвета, стрелка компаса сдвинулась, ведя к неприметной расщелине. Дальше нужно было подняться по отвесной стене, и Рийго с удивлением нашёл в камне удобные углубления. Выдолбленные, а затем будто отполированные бесчисленными прикосновениями.
Чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, полез. И — да. Там, над высоким обрывом, нашёлся просторный уступ, подозрительно напоминающий видовую террасу. А чуть дальше, тщательно занавешенный шкурой какого-то гигантского зверя, вход в пещеру.
Рийго замялся. Вламываться без приглашения к хозяину этих хором было весьма чревато. Но… постучать-то как? И звонок дверной тоже не предусмотрен.