— Но я…
— Но ты взял топор и без трёх древесных стволов чтоб я тебя не видел! — гаркнул я на это рыжее чудо, которому едва стукнуло двадцать лет. — Всё, мне ещё на холме место расчищать.
Нарезав задачу, я зацепил наших друидов и пошёл заниматься своим делом. Все капища ассонов строятся на холмах, таков обычай. Мне же действительно нужно было расчистить площадку от лишней растительности, а потом вырезать на столбах лики Одина Всеотца, Фригг, его жены и покровительницы семьи, куда без неё, раз у нас тут свадьба, а также Локи, он, в конце концов, мой бог, его нельзя не уважить. А ещё пришлось растрясти закрома и подарить шаману две кожаные сяньские брони и три топора, чтобы он принёс мне клятву чтить моих богов, заботиться о капище и заповедовать то же самое своим потомкам. Старикан ломался аки девка, ссылался на духов своих предков, которым всегда поклонялись все кошколюды, но от предложенной цены отказаться не сумел. Или просто раскрутил меня, еврей хвостатый.
Асмунд же отправился в лес со своей монструозной секирой и тремя кошкодевками, с которыми они общались на плохом сяньском. Правда, в первый раз вернулся с дохлым вараном килограмм так на двести, притащенным за хвост. Зверёк, который неудачно попался на пути весёлой компании. Рыжий был раздражён и встретил идеальную мишень, на которую обрушил все свои чувства. Не уверен, что животина даже успела испугаться. Однако со второй попытки «Великий красный охотник» припёр мне подходящий древесный ствол, путь к которому указали его невесты. А потом организовал мне ещё два, к счастью, без новых жертв среди местной фауны.
Я же весь день зашивался. Сначала со всей ситуацией, затем с переговорами с вождём и шаманом, после с очисткой земли и в конце с вырезанием ликов богов. Скульптор из меня такой себе, но магия и топор с ножом творят чудеса, и вроде бы получилось более-менее на уровне. Настал финальный аккорд долгого дня: я встал в центре треугольника идолов и произнёс:
— Один Всеотец, восславляю тебя. Обрати свой взор на это место, — поклон верховному божеству. — Фригг мать ассов, восславляю тебя. Обрати свой взор на день сей, — поклон верховной богине. — Локи, хитрейший из хитрых, восславляю тебя. Укрой сей день и час от вражеских взоров, — поклон богу коварства.
Смутное ощущение внутри подсказало мне, что моя молитва была принята. А может мне так просто показалось. В любом случае мне следовало продолжать, и я махнул рукой:
— Подойди, рекомый Мршаном. Клянёшься ли ты почитать мудрость Одина?
— Клянусь, — ответил вставший рядом со мной зверолюд.