— Это из-за той связи истинной пары, из-за которой магия нас сделала мужем и женой? Получается, магия заставляет тебя любить меня, а не ты сам это чувствуешь. Так не должно быть, это неправильно — у каждого должно быть право выбора, — вот не нравилось мне это.
— Александра, послушай меня. Магия указала нам путь друг к другу, она увидела в нас потенциал, две души, которые могут быть счастливы вместе. Но магия не может создать любовь, она лишь помогает найти ее. Все остальное… все, что было между нами, все эти чувства, эмоции, смех и слезы — это были мы, это было наше. Я понимаю, что тебе сейчас трудно, очень трудно: для тебя это все новое и непонятное, в отличии от меня, который родился в этом мире, с этими правилами. Но постарайся услышать меня. Магия показала мне тебя, да, она навязала мне мысль, что ты — моя истинная пара. Но то, что случилось потом… то, как я полюбил тебя, то, как ты отвечала мне взаимностью сегодня… это было настоящим, это было тем, что мы создали вместе. Магия лишь подтолкнула нас друг к другу, а дальше… дальше все зависело только от нас. — Хашим смотрел на меня умоляющим взглядом, словно молил о понимании. Он говорил искренне.
— Да, ты: мне нужно время, чтобы понять. Пойдем уже в лагерь, думаю — пора поесть и нормально отдохнуть. И обязательно поспать, после этого, думаю, все заиграет совершенно другими красками, — и мы выдвинулись в сторону лагеря, разговаривая на совершенно отвлеченные темы.
Когда мы прибыли в лагерь, многие бойцы уже ушли отдыхать. Горели редкие костры, и стояли дозорные, и так — кучками отдыхали некоторые воины, видимо разбившись по интересам. Мы не стали ни к кому подходить — сразу направились в палатку к Хашиму. Уже подходя к лагерю, муж зевал и почти засыпал на ходу.
К нашему удивлению, в палатке нас ждал кем-то заботливо оставленный ужин. Мясо и какая-то крупа или овощ — я так и не смогла понять. Хашим вначале отказался от еды. Но я насильно его накормила, и он, проглотив последнюю ложку, упал на походную кровать уже крепко спящим.
Попытавшись уложить Хашима поудобнее, а не поперек кровати, думала — сорву спину: здоровый детина оказался и жутко тяжелый. Поэтому сдвинув мужа, насколько смогла, я махнула рукой, он лекарь, сам себя потом подлечит после сна в такой неудобной позе. Сложив посуду, я тоже легла спать на еще одну кровать, которая стояла практически впритык к кровати, на которой уже крепко спал мой муж. Я думала — буду лежать без сна, и отряды бесконечных мыслей не дадут мне уснуть. Но, только голова моя коснулась подушки, я отрубилась.