— Ого! – неожиданно я приземлилась на что-то мягкое.
Как-то я не припоминала, чтобы в зале татами были такими мягкими. Татами подо мной пришел в движение, и я резко открыла глаза и про стыд от падения сразу забыла.
— Вам удобно? И зачем вы свалились на мой хвост? Да и откуда, самое главное, вы упали? –я увидела перед собой мужское лицо в очках, очень необычное лицо.
А когда перед моими глазами вдобавок появился кончик змеиного хвоста, то рефлексы, вбитые годами на тренировках по рукопашке, дали о себе знать – ноги сами пришли в движение.
— З-м-е-я! — первый прямой удар ногой пришёлся мужчине по лицу.
— У-у-у-у-у… за что? Сами вы змея невоспитанная, а я — наагат! И не я упал на твой хвост, а потом еще и ударил! – зашипел необычный мужчина.
Второй удар сделать не получилось, только замахнуться, так как я подлетела в воздухе и уже через кувырок приземлилась на землю. От того, что я увидела перед собой сейчас и, видимо, на чем лежала до этого, я пришла в такой шок, что как ребенок шлепнулась на попу и выпучила глаза. Не знаю, кто решил так надо мной подшутить, но когда его найду, то свой внутренний мир он обязательно увидит.
Торс мужчины, словно созданный талантливым мастером с огромной любовью, дышал силой и грацией: с бронзовой кожей, с большим количеством прекрасно проработанных рельефных мышц, словно у хищника, готового к броску. Я всю свою жизнь занималась различными видами борьбы, но такого торса с идеальными пропорциями мышц не видела никогда. Взгляд приковывали не только мускулы, но и каскад волос, низвергающийся с мужских плеч, подобно водопаду изумрудного шелка. Длинные, густые пряди, сплетенные из сотен оттенков зеленого, колыхались в такт его дыханию, гипнотизируя своей первобытной красотой. Женская зависть внутри меня активно заскребла когтями. И лишь две черные пряди, по одной с каждой стороны, словно обрывки ночного неба, вплетались в зеленую волну, добавляя облику нага оттенок загадочности и опасности.
Но истинная магия таилась в его глазах. Два вертикальных зрачка, словно осколки обсидиана в азиатском разрезе глаз. В самой глубине радужки золотого глаза, подобно угольку тлеющего костра, мерцал крошечный черный сектор, придавая его взгляду нечеловеческую глубину. Казалось, он видел не только меня, но и все мои тайные мысли, все мои потаенные страхи и надежды.
И, наконец, его хвост… Мощный, грациозный, он извивался на земле, словно живое воплощение самой природы. Зеленые чешуйки, переливающиеся всеми оттенками изумруда и малахита, ловили свет, создавая причудливый танец теней. Каждая чешуйка, словно крошечный драгоценный камень, сверкала и искрилась, аж дух захватывало. И лишь кончик хвоста, словно мазок угольной кисти, был окрашен в глубокий, бездонный черный цвет, напоминая о темной, дикой силе, таящейся в этом удивительном существе. Он был прекрасен и опасен, притягателен и отталкивающ – настоящий наагат, во всей своей первозданной красе.