В воздухе повисла тишина, настолько плотная, что, казалось, её можно резать ножом. Медальоны на столе, казалось, начали светиться мягким, пульсирующим светом, реагируя на присутствие нашего кристалла. Мы смотрели на них, как на последнее доказательство того, что наша судьба была предрешена давным-давно. Мы — лишь фигуры на доске, расставленные кем-то очень мудрым и очень жестоким.
— Пять…, — прошептал Азрот, пересчитывая медальоны. — Нас четверо. Пятый…
Слова застряли у него в горле. В ту же секунду воздух в центре комнаты исказился. Раздался резкий, сухой треск, словно лопнуло само пространство, и из этой рваной, чернеющей трещины, как из глубокой раны в реальности, выпало тело…
Тело ударилось о ковер с глухим стуком. Я вскрикнула, отшатнувшись.
На полу лежал Зинтара. Но это был не тот эльф, которого мы знали: холодный, надменный, окутанный ореолом власти Теней. Его одежда была превращена в лохмотья, пропитанные темной, почти черной кровью. Лицо пересекал глубокий разрез, сходящийся к подбородку, а по всему телу виднелись чудовищные гематомы, будто его били не руками, а кувалдами, выкованными из самой тьмы. Его грудь едва вздымалась, каждый вдох сопровождался надсадным, свистящим хрипом, от которого меня бросило в дрожь.
— Зинтара! — я бросилась к нему, падая на колени.
Его глаза были закрыты, веки подрагивали, а кожа приобрела тот серый, неживой оттенок, который бывает только у тех, кто стоял на пороге небытия и переступил его обратно. Я положила пальцы на его шею — пульс был нитевидным, беспорядочным.
— Хашим, сюда! — крикнула я, чувствуя, как мои слезы начали капать на его окровавленную рубашку. — Он дышит, но он… он… Да что с ним?!
Хашим опустился рядом, на ходу доставая что-то из своего кармана. Его ладони засветились мягким, зеленоватым лечебным светом, но, когда они коснулись кожи эльфа, свет зашипел и погас, словно наткнулся на невидимый барьер.
— Это не раны от мечей, Александра, — голос Хашима был сух и страшен. — Это воздействие Пятого материка. Его рвали на части не физически. Его выворачивали из реальности. И он прибыл один.
— Что значит — прибыл один? – я не поняла, о чем говорил муж.
— Присмотрись, с ним нет больше темной части, в нем нет крови дроу! – после его слов я внимательнее пробежалась взглядом по телу Зинтара.
— Но как такое возможно? — шокировано спросила я.
Я искренне не понимала, как можно было вот так разделить мужчину на две части. Если эльфийская часть Зинтары в эльфийском теле пришла сюда, то где и в каком состоянии находилась его часть-дроу.