Рядом тяжело дышал Видар. Я не видел его лица, но слышал, как сжимаются его кулаки в рукавицах, слышал низкое, животное рычание, рвущееся из его глотки.
— Ну что, брат, — прошипел он. — Нас встречают. Жаль, не хлебом-солью. И даже девку погорячей не предложили. Непорядок, как по мне. Но раз не предлагают, то мы сами свое возьмем. Командуй, Мстислав.
Дух отца, стоящий чуть позади, был безмолвен. Но его молчание было красноречивее крика. Оно было наполнено холодной, сосредоточенной яростью правителя, чье царство осквернили до самых основ.
Я оглянулся на тех, кто дошел. Нашу «Сотню». Их осталось двадцать семь. Их формы, некогда ясные и яркие, теперь казались призрачными, подернутыми дымкой усталости. Они стояли, не шелохнувшись, их безликие взгляды (те, у кого были лица — полные непоколебимой решимости) были устремлены на эту цитадель скверны. Они не дрогнули. В них не было страха. Была лишь готовность.
— Таким нас не испугать, — сказал я, и мой голос, тихий и хриплый, был подхвачен ледяным ветром и разнесен над пропастью. — Мы не для того прошли сквозь ледяной ад, чтобы дрогнуть перед вратами. Вперед.
Перед нами от самого карниза начинались ступени. Огромные, высеченные в ледяном склоне горы, они спускались вниз, в эту долину смерти, прямо к главным воротам Храма. Каждая ступень была шириной в десяток метров, высотой по колено. Они не были пусты. На них, на уступах, на перилах из обледеневших костей сидели, стояли, лежали твари. Они смотрели на нас. Тысячи пар синих, зеленых, желтых глаз, лишенных разума, но полных голода.
Спуск по этим ступеням был бы чистым самоубийством. Нас растерзали бы, не дав дойти и до половины.
— Он выбрал это место неспроста, — проговорил дух отца. Его мысленный голос был подобен скрипу льда под тяжестью. — Это не просто крепость. Это место силы Нави. Здесь её власть максимальна. Каждый шаг будет высасывать из нас волю, каждый выдох — отравлять. Он будет наблюдать за нашей агонией с высоты своих шпилей.
— Пусть наблюдает, — огрызнулся Видар. — Нам лишь бы дойти и дотянуться до его шеи. Дальше я сам разберусь.
Я вздохнул, и пар от дыхания замерз в воздухе крошечными, острыми кристалликами.
— Они не дадут нам просто спуститься. Нужно идти не через них. Нужно идти сквозь них. Быстро. Жестко. Не ввязываясь в затяжные стычки. Наша цель — ворота. Только ворота. Понятно?
Мои слова были обращены ко всем. Духи молча склонили головы в знак согласия. Видар хрустнул шеей.
— Веду я. Ты, Мстислав, в центре. Старик прикрывает сзади. Духи — клином, пробивают дорогу. Не слишком мудрено, но этим за глаза хватит.