Подготовка сцены не менее важна, чем заключительный акт. Протокол он соблюдал безукоризненно. Никто никогда не увидит, что он был там.
Он прошёлся по комнате. Всё, как и ожидалось: девчачье, местами нарочито наивное. Розовое бельё, свечи в баночках, мягкие пледы, забавные магнитики на холодильнике.
На полке стояло на удивление много книг. Он подошел ближе. Почти все они были по философии и гуманитарным наукам.
Кьеркегор. Сартр. Камю. Книга о Витгенштейне. Издание с закладками и загнутыми страницами.
И все в таком духе. Ни одного любовного романа, ни одной книги по псевдопсихологии вроде «Дыши маткой и богатей» или «Пробуди женскую богиню в себе за три дня».
Девчонка из тех, кто прячется за мыслями. Неожиданно.
Крест тоже когда-то читал Камю. «Абсурд — это то, что происходит, когда человек осознаёт бесполезность попыток найти смысл». Странным образом это всегда идеально сочеталось с приказами.
Он уже собирался повернуться, когда заметил кое-что, выбивающееся из ровных рядов: между двумя толстыми томами лежала старая плюшевая игрушка — маленький жираф с ободранным ухом. На боку белыми нитками вышито имя: Гоша .
Игрушка нарушала общую картину. Была не к месту, как и сама девчонка в этом деле.
Крест стоял и смотрел на этого уродца с минуту, сам не понимая зачем. Протянул руку, сжал — мягкий, пыльный, с нитками на боку. И тут же положил обратно.
Потом занялся подготовкой антуража: плед, салфетки, пульт от телевизора, недопитый чай с лимоном. Завтра она будет весь день «болеть дома». Никаких следов, всё должно выглядеть естественно.
Напишет пару сообщений на работу, подруге. Обычная простуда. А во вторник вечером «выйдет в аптеку». Где на неё нападёт грабитель с ножом. Случайная, нелепая смерть в подворотне. Никто не усомнится. Никто не найдёт связи.
Он заранее построил маршрут, проверил камеры, выбрал безлюдное место.
Осталось только довести до конца.
В коридоре висели фотографии. Он задержался у них перед выходом. На половине из них она с привычными, чуть растрепанными волосами. Такая же, как сейчас. С мамой. С подругами на отдыхе.
На одном снимке ей лет 10. Она держит в руках того самого жирафа, правда, куда менее оборванного. Смешная, чуть лопоухая, со скобками на зубах. Реальность вдруг качнулась. Как будто кто-то добавил кадр, которого не должно быть.
Он отвернулся и вышел.
Лера.
Очередное утро в незнакомом доме. Ритуал повторяется с точностью до детали. Молчаливое приглашение на завтрак. Бутерброды, кофе.
Опять он меня запирает в комнате. Сегодня душ принимать не буду. Обдумываю, как использовать нож. Идей нет. Но из штанов его не вынимаю.