— Мы беженцы, мне нечего кушать, — прочитал Лёха на английском.
Лёха вдохнул и, задавив жабу, вручил пацану свой почти не надкусанный «Биг Мак».
Араб офигел от своего свершившегося желания в виде булки с котлетой в своей руке. Вскочил, что-то заорал и с криком:
— Деньги давай! — кинул бутерброд Лёхе в белую майку.
Глухо чмокнув, гамбургер упал к Лёхиным ногам. На майке расплывалось пятно кетчупа. Лёха жалобно смотрел на свой бутерброд, валяющийся на грязном полу перехода, на красное пятно на новой майке, на прохожих, шарахнувшихся от него…
— Ах ты, сука! — выдал Лёха на чистом русском, нагнулся, поднял гамбургер, зачем-то сдул с него пыль и с огромным наслаждением вдавил его в лицо попрошайки, размазывая кетчуп и прочие ингредиенты по офигевшей немытой роже.
— Приятного аппетита! — вежливо сказал Лёха.
Попрошайка с криками помчался куда-то в сторону выхода из подземного перехода.
И тут же в переход влетели три бородатых смуглых крепыша и рванули к Лёхе.
На полном автоматизме вырвавшемуся вперёд кандидату Лёха въехал с размаха ногой в промежность, схватил согнувшегося героя, используя его инерцию, крутанулся и воткнул его головой в ноги следующего подбегающего товарища. Тот взмахнул руками, выронил какую-то железяку и спланировал в стоящую рядом урну, снося её и производя адский шум. Третий успел затормозить, развернуться и броситься куда-то в сторону.
В конце туннеля раздались свистки полиции.
— Вы мне за Афганистан ещё ответите! Козлы, бородатые, — сплюнул Лёха и рванул в другую от полиции сторону.
23 сентября 2024. Рейс Дубай — Тель—Авив.
Вынырнув из воспоминаний, Лёха постарался понять, что происходит в самолёте. Аккуратно повернув голову назад, он увидел мелкого араба, стоящего между туалетами в полутора метрах от него и контролирующего хвост. Пистолет в смуглой руке сверкал полировкой. Лёхин взгляд почему то сфокусировался на грязи под ногтями террориста. Араб ткнул пистолетом в Лёху и спросил на ломаном английском:
— Еврей?
— Не… — Лёха отрицательно покачал головой. — Русский! Раша!
— Раша гуд! Сирия, друзья! — оскалился мелкий террорист, показав мелкие гнилые зубы.
Араб махнул пистолетом, мол, смотри вперёд.
— Вот так и запишут в пособники терроризма, — некстати высказался Лёха.
Лёха медленно и аккуратно вытянулся в кресле, приподнялся сколько мог и посмотрел поверх голов. У кабины пилотов виднелся ещё один пёстрый хмырь в яркой рубахе и с маленьким автоматом в руках. Дверь в кабину пилотов была открыта. Пассажиры сидели на своих местах, тихо переговариваясь. Стюардесс видно не было.