— Пусть день начнётся с «Джека», — заулыбался Лёха, и на его столике нарисовался соблазнительный натюрморт.
Сидевшая рядом женщина лет сорока с трудным выражением лица, всю дорогу пытавшаяся показать, как она тяготится соседством с Лёхой, поджала губы и покачала головой.
— Чииирс! — радостно оскалился ей Лёха и сделал пару больших глотков из стакана.
Свернув трубочку из колбаски вокруг сыра, он запихал получившееся творение в рот.
— Хотите? — почему—то по-русски спросил он соседку.
Та сжала губы в «куриную дупу» и отвернула мордастое лицо к мужику у окна.
— Ну и не надо, — счастливо сказал Лёха.
Он махнул рукой и остановил бегущую мимо в конец самолета эту же симпатичную стюардессу и широко улыбаясь спросил:
— Где тут у вас рвотные пакеты?
Стюардесса глядя на цветущего Лёху с удивлением спросила:
— Вам плохо, вас тошнит⁈
— Ну что вы, мне прекрасно! Но вы посмотрите на мою соседку! — улыбнулся ей Лёха.
Стюардесса с осуждением посмотрела на него в ответ, хотя всё её лицо смеялось.
Лёха подмигнул ей в ответ.
Джек не подвёл, через пару минут в голове приятно зашумело, и Лёха блаженно закрыл глаза. Земля обетованная становилась всё ближе.
Проснулся Лёха от громких криков, визга и каких-то странных звуков. Открыв глаза, Лёха увидел худую мужскую задницу в грязноватых спадающих джинсах около своего лица. Над ними возвышался какой-то замызганный араб в мятой майке и что-то громко орал, размахивая пистолетом.
— Игрушечный, что ли? — спросонья подумал Лёха. Встретив такого мятого заморыша где-нибудь в Стамбуле, Лёха постарался бы его обойти подальше, вдруг какая то зараза от него передаётся воздушно-капельным путём.
— Всем сидеть! Не двигаться! Всем сидеть, и тогда все останутся живы! — на плохом английском проорал мелкий араб.
— Началось в колхозе утро! — негромко сказал наш герой, — вы еще скажите, что самолёт захвачен и теперь можно курить.
Между 2019 и 2021. Где то в Стокгольме
Лёха не любил арабов. В конце СССР Горби решил укрепить армию студентами, и Лёху выдернули из универа и на два года засунули выполнять долг в Афганистан. Пришедший через два года красавец в голубой тельняшке достаточно легко адаптировался в новом российском обществе после той войны, но абреки стали вызывать у него безусловное раздражение.
Но сейчас Лёхе почему-то вспомнился не Афган, а прикол в Стокгольме, куда он поехал на компьютерную выставку.
Тогда в переходе он увидел сидящего на корточках смуглого арабского тинейджера лет тринадцати. Тот схватил его за белые штаны своими немытыми руками и стал что-то требовать, показывая на картонку с надписями.