А вот что было неприятно, так это то, что новый подчинённый, подведя свою стаю ко мне, почти утратил интерес к общению. Его самосознание всё ещё ощущалось более чётким и внятным нежели у обычных акулоподобных металлоедов, но сейчас оно как будто засыпало за ненадобностью. Акулёнок словно нашёл на кого свалить головняк с управлением коллективном, радостно это сделал, а дальше пусть у нового начальника голова болит, а он — тупенький. Скажут плыть? Будет плыть. Не скажут? Не будет. С него взятки гладки, он счастлив, ему хорошо.
И у него были пушки.
Да… У него были пушки.
А у меня не было пушек. А у него были. И он тупенький. У него теперь был большой, умный флагман, который всё зарешает. И он счастлив, он рад, ему больше ничего не надо. А у меня пушек нет и я должен что-то думать…
Ну вот блин, а?
Несколько следующих дней слились для меня в череду мрачных мыслей и самокопаний, перемежаемых редкими попытками добиться от нового подчинённого хоть какого-то подобия общения. Увы, если остальные акулята были просто рыбками-мутантами, то этот доплыл до планки трёхлетнего ребёнка, или какой там уровень развития интеллекта приписывают попугаям? Возможно, кстати, в прошлой жизни он и был попугаем какого-нибудь пиратского капитана, из стереотипных птах, что любят кричать «пиастры-пиастры», по крайней мере стойкое ощущение, что на все мои попытки общения мне отвечает попугай меня не оставляли. Нет, он был послушным попугаем, очень преданным и виляющим хвостиком, всегда готовым поддержать любую мою мысль, даже если только что поддерживал строго противоположную, но, чёрт подери, всё равно попугаем, а не полноценным собеседником. Может быть перескакивание с определений неких сложных вещей и вызывало бы у него замешательство и непонимание, почему только что я утверждал одно, а теперь совершенно иное, но сложных вещей он не воспринимал, потому что был тупенький. Почти все мои посылы за рамками: «плыть туда/плыть сюда, кушать здесь/кушать не здесь» натыкались на чистую как слеза младенца эмоцию буквально иллюстрирующую преданный взгляд без проблеска мысли. А переключение между тезисами: «нам правильно плыть сюда» / «нам правильно плыть туда» не вызывало у него никаких внутренних противоречий, ведь всё было логично — мы сдвинулись на какое-то расстояние — обстановка изменилась — план скорректирован — флагман умный — флагман лучше знает как надо. А флагман, между тем, нихрена не знал! Флагман вообще не был уверен зачем он существует в этом мире.
Да, тут есть бегающие по воде девочки с автоматами и отращивающие торпедные аппараты акулы-металлоеды, но мне-то что с того? В чём смысл моей жизни? Я понимал в чём смысл жизни вот этих вот ребят, которые просто пылесосят со дна мусор, и этим счастливы, но я-то такой красивый нахрена образовался? Моё ментальное самовосприятие для вышеописанной задачи не то что избыточно, оно вредно — я впадаю в депресняк и меланхолию — я медленно схожу с ума и тупею без общения. Если ли вообще смысл в моём существовании? Вот я собрал толпу, по которой уже не стыдно жахнуть ядрён-батоном и любезно отогнал её подальше от человеческих ценных портов и прочей инфраструктуры, просто потому, что это то, что просто обязано сделать существо с моим уровнем интеллекта, но дальше что?