«Принесла нелегкая…» — с ненавистью подумал Виктор.
Хмурясь, он шагнул вперед и заслонил собой перепуганную дочку.
— Чего тебе? — грубо спросил Лебедев у приближающегося аборигена.
— Меня прислали поставить госпоже Лебедевой Штамп, — радостно сообщил белокурый мерзавец, споро шагая к беглецам.
Дурная весть, точно стрела лесного разбойника, поразила Виктора в самое сердце. Мог ли он помыслить, что все случится так скоро? Не успел новоиспеченный Жнец вернуться в город, а его дочь уже отправляют на паром.
«Как проклял кто-то, ей-богу… Вот только за что?»
Яна вела себя тихо, как мышка, но Виктор не сомневался, что дочка шокирована не меньше отца. Прямо сейчас она, вероятно, представляет, как две огромные морские твари рвут ее на части и жадно глотают куски…
«Бедная моя Каштанка…»
Глядя на тошнотворную физиономию Распределителя, Виктор тихо спросил:
— Это что, получается, я когда-нибудь стану таким же, как и ты?
— Таков Его план, — энергично кивнул собеседник. — По образу и подобию.
— Вы уже меня достали с этим планом! — раздраженно воскликнул Виктор. — А что, если мои планы не совпадают с Его, а? Если я не хочу, чтоб у моей дочери было такое предназначение?
— Я предполагал, что услышу нечто подобное, — кивнул Распределитель. — Поэтому, собственно, и вызвался.
Виктор нахмурился.
— А вот сейчас не понял… — медленно произнес он. — Куда это ты вызвался?
— К вам, куда же еще, — ответил абориген.
Едва уловимым движением он вытащил из-за пазухи причудливый инструмент для нанесения Штампов — тот самый, который еще недавно доводил до ума в Башне. Виктор, помрачнев еще больше, тоже полез в карман.
— Только сунься, — произнес Лебедев, выставляя перед собой руку с зажатым в ней клинком.
— Мы оба знаем, что твой инструмент никак мне не навредит, — покачал головой Распределитель.
— Ну так подойди и проверь, — сузив глаза до крохотных щелочек, процедил Виктор.
Все еще держа клинок в вытянутой руке, он неторопливо пятился назад, намекая дочери, что пора бежать, но Яна медлила. Страх сковал ее тело, словно цепи тюремщика.
— Ну же, Каштанка, давай… — услышала девочка требовательный шепот отца.
Его призыв будто по волшебству разрушил незримые оковы, и Яна все-таки бросилась наутек.
Она бежала, не оглядываясь, бежала, будто за ней по пятам гналась сама смерть… и, в общем-то, так оно и было. И Виктор, судя по треску сучьев под ногами и торопливым шагам, несся следом за дочерью.
«И куда мы бежим? На что надеемся? — вопрошал ее разум. — Он все равно догонит тебя, как ты ни мчись! Найдет, как ни прячься…»