Англичане несколько раз предпринимали попытки блокировать Друбан с моря и даже бомбардировать порт и город из тяжёлых корабельных орудий. Но времена изменились — Королевский Флот уже не правил морями безраздельно, в Дурбане стояли германские и голландские стационеры, а военный флот Трансвааля — появился и такой! — получил три канонерские лодки голландской постройки и малый крейсер, всего год назад сошедший со стапелей верфи «Вулкан» в германском Штеттине.
Сейчас эти корабли заодно с полудюжиной вооружённых паровых шхун несли патрульную службу, добираясь на севере до Мозамбикского пролива и Коморских островов. У Казанкова имелись сильнейшие сомнения, что буры, умелые бойцы на суше, но не имеющие опыта войны на море, сумеют оказать достойное сопротивление Королевскому Флоту. Тем не менее, англичане смирились с тем, что они не в состоянии прервать эту линию снабжения, жизненно важную для сражающихся за свободу и независимость республик, и до сих пор стычек между их кораблями и боевыми единицами Королевского Флота отмечено не было. В военных действиях на суше уже несколько месяцев наблюдалось затишье; противники через посредников обменивались намёками, что неплохо бы сесть, наконец, за стол переговоров, а буры тем временем старательно берегли подступы к своему единственному порту — и как раз с их патрульного судна корвет получил пачку свежих газеты.
Сергей знал немецкий не так хорошо, как французский, испанский и английский языки и жалел, что не имеет возможности попрактиковаться в разговорной речи во время похода — несмотря на то, что «Рынду» от самого Киля сопровождала германская канонерка, пообщаться с её офицерами толком не удавалось. Тем не менее, знакомства с языком Гёте и Шиллера оказалось у Казанкова достаточно, чтобы изучить передовицу, целиком посвящённую международной конференции по Африке, которая должна была вскоре начаться в Александрии. Автор статьи делал упор на то, что состав участников разительно отличается от того, который планировался несколько лет назад, ещё до войны. Так, ведущие роли предстояло играть теперь Германии, Турции и России, Франции и Бельгии, чей король Леопольд имеет в единоличном владении огромные территории в экваториальном Конго. Голландия и Италия сохраняли прежние позиции, а вот Великобритания, чей представитель, министр Индии сэр Рэндольф Черчилль так же собирался приехать на конференцию, вынуждена оставаться в тени — непривычное положение для державы, над которой никогда не заходит солнце.
В списке участников конференции без права решающего голоса значились Североамериканские Штаты, Испания и даже Австро-Венгрия; кроме того, Казанков с удивлением обнаружил здесь Абиссинию, Египет, Занзибар и даже Судан. Ещё несколько государств помельче присутствовали в статусе приглашённых наблюдателей, и среди них — республики Трансвааль и соседствовавшее с ним Свободное Оранжевое государство, чью независимость года три назад вслед за Берлином и Амстердамом признали Париж и Санкт-Петербург. Найдя их в самом конце списка участников, Сергей подумал, что британские дипломаты, должно быть, скрипят зубами в бессильной ярости, когда видят представителей бурских республик за столом. Что ж, поделом — слишком уж долго «просвещённые мореплаватели» полагали своё слово последним и окончательным во всех мировых делах, пора бы и отвыкать…