Новобранец вновь бежал за солдатами, пытаясь понять, что и зачем они делают и почему такая срочность. Взяли же траншею, нужно ее держать, бойцов и так совсем мало.
Перепрыгнули через груду тряпья — брошенную румынскую шинель. Далее траншея кончалась.
— По одному, пригибаясь и не маяча! — скомандовал сержант. — Серега, ты с автоматом здесь, наблюдаешь.
Один из автоматчиков остался в траншее, остальные побежали к недалекому саду. Тимофей старался пригибаться и держать дистанцию. Винтовка в руке не мешала, вот патронташ болтался, как хомут на шее жутко костлявой лошади.
У старого плетня бойцы упали, сползлись вместе, переводя дух.
— Это вроде как хуторок, а само село еще в полукилометре, — рассуждал рыжий сержант. — С той стороны хозяйства дорога должна просматриваться, да и само село, наверное, хорошо видно. На «ш» оно как-то называется, ротный говорил. Но это не важно, а важно то, что этот хуторок и сад нам фланг заслоняют. Накопятся здесь противники — до нашей позиции один бросок, вознамерят контратаку. Нужно тут осмотреться, присмотреться, наблюдателя оставить.
— Это верно, конечно, — пробормотал автоматчик. — Только, ежели что, здесь мы и останемся.
— Откуда такие настроения⁈ — поразился рыжий. — Если ухо держать востро, так уйдем и не вспотеем. Главное, с ходу не налететь. Мало ли кто в этом дворце сидит. Что думаешь, Тимоха-партизан?
— Схожу, гляну, раз уж я почти в матросском. — Тимофей снял патронташ-хомут и поправил ворот пиджака.
— Подстрахуем, не сомневайся! — заверил сержант.
Разведчики перебрались сквозь прореху в плетне, отсюда дом сквозь ветви голых слив виден был отчетливо. Тимофей кивнул сержанту и, сутулясь, пошел во двор. Вроде и не успел привыкнуть к винтовке, а без нее как-то неловко. Пальнут сейчас в лоб, даже гранату из кармана не успеешь выдернуть.
Стоило ступить во двор, из конуры испуганно залаяла собака.
— Цыц! Свои, не видишь, что ли! — по-молдавски прикрикнул Тимофей.
Пес еще раз неуверенно гавкнул, но высунуть нос из укрытия не рискнул. Ну да, близкая пальба и пулеметы хоть какого кобеля напугают.
Дом выглядел небогатым, признаков присутствия военных сил не наблюдалось. Разве что лопата новая, что у сарая лежит. Наверное, у румынских солдат выменяли хозяева.
Тут Тимофею пришла мысль применить дипломатический метод. Он полез во внутренний карман и вынул остатки денег: почти все гроши дома в ящике стола оставил, тут несколько лей, прихваченных на всякий случай. Разведчик сложил купюры попышнее, веером, подошел к окну, прислушался. И в доме, и над всем плацдармом висела напряженная тишина, только в конуре взволнованно ерзал пес.