— Что их считать, иродов? — пробурчал старший группы. — Вот снайперы-егеря — это да. Умелые, суки.
— Ну, все тот же десятый егерский, элита пехоты, с позапрошлого века пыжатся и регалии собирают, — вздохнул Земляков и покосился на Тимофея. — Ты нас, Лавренко, не слушай, мы о своем, о стратегическом.
— Да пусть слушает, ему не повредит. Нормальный парень, не болтун. И бегает шустро, даром что недокормленный, — одобрил Нерода.
— Чуть не сдох, — признался Тимофей.
— «Чуть» не считается, — заверил Земляков. — Товарищ старший лейтенант, а давайте все же подтянемся? Прижмем пару снайперов «машингевером», все ж пользы побольше, чем бесцельно загорать.
— Лежи, прижимальщик! Их, гадов, поди высмотри. Скорее уж наоборот получится. Вот как ты сюда перся, не зная деталей? Совсем уж возгордился, а, Жека?
— Да при чем тут гордость? — возмутился переводчик. — Вот так бы мы и лежали, дожидаясь конца боя. В чем разница, если у нас строго тыловое задание?
— Ага, вляпался бы ты по самые… Молчи и жди сигнала, — обозлился командир группы. — Мне, может, самому невмоготу.
— Да сколько… — начал Земляков.
— Ракета! — прервал начальство Тимофей.
Над Криничками висела едва различимая в солнечном сиянии блеклая звездочка, только по дымному хвостику и угадаешь.
Нерода уже и сам увидел, был на ногах и с взлетевшим пулеметом.
— Вперед! Эх, что-то рано. Неважны, видимо, дела. О снайперах все помним?
Это был какой-то сумасшедший рывок. Тимофей вообще не думал, что можно так бегать, вся мысль и ушла на то, чтоб не отстать. Мимо тел и брошенного оружия, по блестящим гильзам и черным кровавым пятнам. У прибоя скалился солнцу щетинистый фриц, как гильзы блестели в распахнутом рту золотые зубы…
За немногочисленными строениями Криничек коса слегка изгибалась, Тимофей успел увидеть впереди что-то темное и густое, но осознать, что это, не успел.
Контрразведчики упали за стеной домика.
— Юра, пулемет, живо! — закричал высунувшийся откуда-то майор Коваленко. — А вы сидите, снаряжением патронов занимайтесь.
Через мгновение донеслась скороговорка вступившего в дело МГ…
Десантники занимали позицию между домиком и остатками сарая, бревенчатые сваи, вкопанные в песок для непонятных рыбацких нужд, опять же, служили недурным бруствером. Огонь велся точно и метко, начинали отражать атаку бронебойщики, настоящих моторизованных целей здесь не имевшие и использовавшие ПТР вроде мощной дальнобойной винтовки, затем вступали «максим» и ручные пулеметы, а уж потом поддерживали автоматы. Немцы перли плотно и бесстрашно, промежутков между атаками хватало только на перезарядку и долив воды в кожух «максима».