Когда старшая затянула шнуровку чуть сильнее, Арина невольно втянула воздух.
— Простите, миледи, — девушка побледнела.
— Ничего страшного, — сказала Арина автоматически. — Просто не надо превращать меня в праздничную колбасу.
Обе служанки подняли на неё глаза.
В тишине эта фраза повисла особенно нелепо.
Младшая вдруг коротко фыркнула, но тут же зажала рот рукой. Старшая посмотрела на неё так, будто та только что подписала себе приговор. Арина вздохнула.
— Я не стану никого наказывать за смех. Если он не надо мной. Хотя сегодня можно и надо мной, день располагает.
Служанки не рассмеялись.
Но младшая впервые посмотрела на неё не с ужасом, а с растерянным любопытством.
— Как тебя зовут? — спросила Арина.
Девушка испуганно моргнула.
— Мина, миледи.
— А вас?
Старшая чуть заметно напряглась.
— Ровена.
— Хорошо. Мина, Ровена… — Арина поправила рукав. — У меня сегодня сложное утро. Постарайтесь не падать в обморок раньше меня.
Мина снова почти улыбнулась. Ровена не улыбнулась вообще.
Зато у двери, когда служанки выходили, Арина услышала шёпот. Слишком тихий, чтобы его произносили для неё, но достаточно громкий, чтобы мир окончательно перестал казаться смешным.
— Думаешь, она опять возьмётся за бастарда? — прошептала Мина.
— Молчи, — резко ответила Ровена. — Если услышит, мальчику сегодня не позавидуешь.
Дверь закрылась.
Арина осталась посреди роскошной спальни в бордовом платье, с кольцом на пальце и словом, которое впилось в утро острее любого титула.
Бастард.
Мальчик.
«Если услышит, мальчику сегодня не позавидуешь».
Она подошла к двери, дёрнула ручку и вышла.
Коридор за спальней оказался длинным, холодным и слишком торжественным для человеческой жизни. Каменные стены, узкие окна, ковры с гербом — чёрный дракон, обвивающий серебряную башню. По стенам шли тёмные прожилки, похожие на застывшие следы огня. Замок не просто стоял. Он смотрел.
Арина шла наугад.
Очень уверенно.
Потому что если не знаешь, куда идти, лучше выглядеть так, будто все остальные не знают, почему ты выбрала именно этот путь.
Мимо прошёл слуга с подносом, увидел её и едва не уронил чашки.
— Миледи!
— Где детская? — спросила Арина.
Слуга побледнел.
Великолепно. Очередной человек, для которого её интерес к ребёнку означал нечто ужасное.
— Д-детская?
— Да. Обычно это комната, где живут дети. Иногда там игрушки, книги, маленькие люди и большие взрослые ошибки.
Он ничего не понял, но испугался сильнее.
— В северном крыле, миледи. Но юный господин…
— Проводи.
— Мне приказано…
— Проводи, — повторила Арина.
Тон вышел чужой. Точнее, не совсем. В нём неожиданно прорезалась та самая властная нота леди Элиры, к которой, видимо, здесь привыкли. Слуга вздрогнул и поклонился.