— Поехали домой, Ян?
Яна
— Слава богу, он тебя привез, — беспокойное лицо Полины вижу первым, как только вхожу за Егором домой. На ее лице столько сочувствия и понимания, что у меня ком в горле становится. Она раскрывает объятия, и я наклоняюсь, чтобы обнять ее. — Держишься?
Киваю молча, пряча лицо в ее волосах.
— Мне очень-очень жаль. Я могу чем-то помочь?
— Только если отпустишь ее, — с легкой улыбкой говорит Егор. — Мне кажется, Яна сейчас мечтает о душе и сне.
Кидаю на него благодарный взгляд и такой же — на Полину. Как все изменилось. В самый страшный момент моей жизни рядом со мной самые неожиданные люди.
— Конечно, — Полина поспешно отъезжает назад и тяжело вздыхает. — Я очень соскучилась.
— Я тоже, Поль. Надеюсь, я завтра буду в более адекватном состоянии, и мы сможем поговорить.
— Конечно. В любое время.
Киваю и под натиском руки Егора двигаюсь к лестнице. Мы поднимаемся вместе, он придерживает меня и доводит до спальни.
— Если что-то понадобится, напиши мне, — говорит он серьезно, глядя прямо в глаза.
Я немного заторможенно обвожу его черты. Хочется выразить ему благодарность, сказать, что он очень меня поддержал одним лишь своим присутствием и тем, что привез домой. Но слов просто не находится.
— Все, иди, — он открывает дверь и подталкивает меня внутрь.
Послушно захожу. И больше всего на свете хочется упасть на постель и чуток отдохнуть, но понимаю, что усну, поэтому сразу направляюсь в ванную.
Горячая вода немного расслабляет одеревеневшие мышцы. Стою так, потеряв счет времени, надеясь, что вода смоет этот ужасный бесконечный день. Становится и правда чуть легче, а стоит еще и натянуть на себя любимую чистую пижаму, так вообще почти хорошо.
Перекидывая мокрые волосы на плечо, выхожу в комнату и удивленно замираю, когда вижу у окна Егора. Я была уверена, что мы попрощались на сегодня, но, пока я мылась, он, оказывается, принес мне суп. И запах наваристого бульона заставляет вспомнить, что я не ела… даже вспомнить не могу, сколько уже.
— Подумал, что если ты потратишь на еду лишних десять минут, ничего страшного не случится, но завтра ты точно будешь чувствовать себя лучше, — говорит он спокойно, но я вижу, что чувствует себя не в своей тарелке.
От такой заботы внутри разливается тепло, и я тихо произношу:
— Это так… Спасибо, Егор.
Он кивает и указывает на стол:
— Садись.
Пока я осторожно тяну горячий суп, Егор берет одну из чашек с чаем и молча присаживается на подоконник, открывает окно и запускает вечерний ароматный воздух с сада. Не отвлекает меня от еды, но и не уходит.