Император же не вмешивается. Он с интересом следит за юной интриганкой, видимо, дочерью какого-то его советника.
– Устрой отбор, который выиграю я. Меня провозгласят истинной, а она… – Клер пренебрежительно указывает на Мари. – Она останется на задворках дворца, раз уж твои генералы так боятся разгневать богов.
– Речь идет о возвращении крыльев. Это не шутки, ваше величество, – в глазах генерала Шарсо пробегает ледяной гнев и девица немного тушуется, испугавшись сурового дракона.
– Я всего лишь предложила, – она опускает взор и берет Эдриана под локоть.
А тот задумывается. Косится на своего генерала и в его глазах пляшут непонятные мне сомнения. Императора разрывают противоречия, заставляющие его тяжело дышать и сжимать-разжимать кулаки.
Мари же действительно какая-то странная и отстраненная. Она садится на колченогий стул у окна и складывает руки на коленях.
Идеальная кукла. Почему бы не воспользоваться, не так ли?
– Ты права, Клер. Нужно заткнуть прессу и объявить выбор кольца недоразумением, сбоем артефакта. А внимание народа отвлечем отбором. Эта… тоже будет участвовать. И проиграет.
Генерал Шарсо тяжело вздыхает и трет переносицу:
– А если девушка действительно истинная?
– Она не истинная, это боги смеются над нами. Они не простили нас, они не позволят драконам вернуться в небо.
Эдриан роняет слова со скрытой горечью, а Клер сладко улыбается и виснет у него на руке.
– Она все равно привыкла жить в убожестве. Если запереть ее на кухне, или среди белошвеек, она спасибо скажет. Да, милый?
– Генерал Шарсо, – Эдриан мягко отстраняет от себя Клер и подходит к Мари. Сдергивает с ее пальца кольцо. – Ваш дед утверждает, что все истинные – иномирянки. Значит, в этой истории все-таки есть подвох. И я не чувствую связи с Мари Идаль. Совершенно.
– Я не знаю, что ответить вам, мой император. Но ведь она может оказаться исключением. У каждого дракона свой путь и рисковать слишком опасно.
– Хорошо, – Эдриан решается. – Я женюсь на ней. Тайно. Прикажу лорду Свашу забрать девицу во дворец сегодня… поздно вечером.
Леди Клер опускает плечи и прикрывает глаза.
– Идея с отбором остается в силе, – император целует руку возлюбленной. – Прости, любовь моя. Я могу лишь обещать, что о моей настоящей жене никто не узнает.
– Это так жестоко, Эд…
– Ты останешься жемчужиной моего двора, Клер.
Он что, предлагает ей стать главной фавориткой? Божок разводит руками и тыкает пальцем в сцену, предлагая мне понаблюдать дальше.
– Я не стану любовницей…
– Ты будешь победительницей отбора и невестой, а потом что-то изменится… я уверен.