Я коснулся переносицы, чертыхнувшись — очков нет и не предвидится, а жест этот всё никак от меня не отлипнет. Как, вероятно, не отлипнет теперь и эта Виктория, брюнетка с горящими глазами и привязанностью к кузену. Может ли это стать проблемой? Безусловно. Не сейчас, так позже, когда пигалица освоится в академии.
«Такие, как она, не прощают даже мнимых обид. Хотел бы я ошибаться, но опыт… Ох уж этот опыт».
Вздохнув, я развернулся и неспешно двинулся к зданию академии. До экзамена действительно оставалось всего два дня — я пахал, как проклятый, готовя ум и тело к испытанию, которое и так наверняка бы прошёл на голой практике.
«Но теперь у меня появилась некоторая мотивация для того, чтобы не ударить в грязь лицом слишком сильно. Или хотя бы тряпочку подстелить там, где захочу упасть».
Сейчас мой путь лежал в столовую при общежитии и в библиотеку, а потом, вечером, Виктор планировал устроить небольшой консилиум, исключительно для нашей группы.
А всё это — время, которого и так было недостаточно…
Обеденный зал за час до официального ужина встретил меня уютным полумраком, запахом свежей выпечки и весьма скромным числом абитуриентов, восседающих за столами.
Нашу компанию я заметил сходу — они смогли спокойно оккупировать один из столиков у окна, разместившись так, чтобы проглядывались все направления, откуда нас можно было подслушать. Тайны, интриги, расследования — всё то, что я не любил, но через призму молодости начал воспринимать несколько иначе. Забавно же.
— Лекс, ты как раз вовремя! — Дмитрий приветственно махнул рукой, чуть не опрокинув стакан. Рядом с ним устроилась Лиза, уперевшись коленом в столешницу и задумчиво ковыряясь вилкой в миске с салатом. Эльза примостилась у окна, защищая от посягательств стул рядом с собой, на который тут же мне и указала.
Особняком держался Виктор, развалившийся на лавке так, словно он по меньшей мере завоевал вселенную, а по большей — чьё-то неприступное сердце.
— Пф-ф. Опоздал, — в своей привычной манере фыркнула Эльза. — Рука?
— Некая первая стадия уже пройдена, повязку сменили на облегчённый вариант. И мази нанесли не так много, — отчитался я, продемонстрировав девушке запястье. Та, вращая головой и наклоняясь по-всякому, придирчиво осмотрела, что смогла, и удовлетворённо кивнула. — Ничего же не отвалится, доктор?
— Если отвалится, то не рука, — хмыкнула она, мягко заставляя меня опустить руку. — Всё нормально, не беспокойся. Но если вдруг снова начнёт мокнуть под повязкой — скажи. Это значит, что всё опять потрескалось.