Эскапизм — не порок
Эскапизм — стремление человека отвлечься от реальной жизни и её проблем с помощью фантазий, развлечений или других приятных занятий. Для мага воплощения Эскапизм — практика, позволяющая отточить воображение и укрепить свой разум.
Из записок ХХХ, посвящённых YYY.
Я молча приподнялся на локтях, шипя сквозь зубы. Онемение во всём теле, сухость в горле, звон в ушах — всё потом. Прямо сейчас было важно оглядеться и понять, получилось ли у меня, или проблеск ясного разума — не более, чем агония умирающего старика.
«Интерьер… Шкаф, телевизор, люстра. Успех. Но мир ведь не может быть тем же. Настолько похожий на мой? Бред. Параллельная реальность?».
Я кое-как встал, окинув взглядом руки — молодые, не испещрённые морщинами. И ниже пояса всё тоже в порядке. Сразу два огромных плюса, ведь «прыгал» я вслепую, безо всякой уверенности в успехе и даже в том, кем или чем я стану впоследствии.
А тут и молодость, и привычный пол. Уже победа.
— Кха-кха, — я прокашлялся, во второй раз оглядевшись.
Обстановка вокруг напоминала комнату человека высокого достатка, но никакущей чистоплотности.
Вдоль стены напротив тянулся шкаф, заставленный книгами. По правую руку ширилось панорамное окно «в пол», открывающее вид на внутренний дворик и комплекс строений в этаком «царском» стиле, из тех времён, когда отгрохать дворец считалось не бессмысленными понтами, а необходимостью, продиктованной желанием жить с комфортом. Слева торчала массивная резная дверь и телевизор под потолком, а за моей спиной — стена, в которую упирался виновник ломоты во всём теле, сиречь твёрдый, как камень, большой диван.
Очень большой.
«Всё указывает на то, что это дом кого-то весьма обеспеченного. Или гостиница, что тоже вариант. Слишком уж тут пусто. Но запашок… М-да. Зря только диван в своём плохом самочувствии обвинял».
Я поднялся на ноги, сходу отыскав взглядом валяющуюся на полу пустую бутылку крепкого спиртного. И не одну. В довесок к следам попойки обнаружились порванные колготки, брошенные на полу, и барсетка с валяющимся рядом пустым бумажником.
Брезгливо скривившись, обошёл чьё-то бельё по широкой дуге. Взял в руки барсетку, удостоверившись в том, что она пуста.
«Вопрос в том, было ли там что-то. Но ответ на него я не узнаю никогда. И личных вещей что-то вокруг не видно. Компьютер? Смартфон? Ничего. Проклятье…».
Поморщившись от того, насколько явно стало ощущаться эхо попойки, через которую прошло это тело, уселся обратно на диван. Сосредоточился, и, наконец-то сообразив заняться самым важным вопросом, ткнул пальцем в определённую точку на грудной клетке, ровно между вторым и третьим рёбрами — привычный жест для проверки состояния ядра в теле.