Когда все уже находились за столом, начался настоящий ритуал галантного общения. Неторопливая беседа о прошедшем дне, переживаниях и планах наполняли воздух позитивными эмоциями.
Радостью и несомненно гордостью наливался голос миссис Шеннон Макдауэлл, её туго завитые кудряшки медных волос в модной причёске, немного сотрясались на лбу. Она уверенно отвечала на вопросы графа Владимира о строительстве монумента Нельсона в честь известного мореплавателя адмирала, одержавшего несколько громких побед над флотами Испании и Франции.
Тема была немного щекотливая, в доме, кроме эмигрантов из России жили и работали в основном люди, у которых было слишком много испанской родни. Но адмирал был очень уважаемым человеком, а высота монумента составляла около тридцати метров. Сооружение использовали в качестве маяка, подающего кораблям в море световые сигналы.
Это был поистине прорыв в градостроительстве.
Мой аппетит сегодня решил довольствоваться только поздним обедом, который закончился много часов назад. Стейк лосося на тарелочке и восхитительный салат из зелени, оставался только слегка тронутым. Ради протокола, так сказать. Особую семейственность подчёркивало то, что леди Анна-Мария ужинала за общим взрослым столом. И её манеры были выше всяких похвал.
Миссис Макдауэлл замирала, не отводя взора от аккуратно порхающей закусочной вилочки и ножа в руках маленькой девочки. Ни миллиметра в сторону и только беззвучно и под правильным углом на фоне белого фарфора сервиза.
Владимир Афанасьевич изначально встревоженно взглядом искал мисс Джейн, но с её функциями прекрасно справлялась его крестница. Мне казалось, что я просто наблюдатель, слушающий треск свечи в новой люстре и наслаждающийся картиной домашнего уюта.
Ужин подходил к концу.
Knickerbocker glory — десерт мороженое в высоком стакане было любимым у дочери. Красные и белые полоски от ванильного пломбира и малинового соуса, приготовленного особым способом, вызвали её восторг. Графу подали glencairn*(тюльпановидная форма и небольшой объём стакана) с шотландским виски. Это были минуты наслаждения для всех сидящих за столом.
Мне примерно в такой же стакан как у Владимира Афанасьевича, позже всех, налили чистой воды.
Я не спешила брать хрусталь в руку. Смотрела, как купец Александров без всякого опасения смакует национальный напиток страны, в которой мы были в данный момент гостями.
Аннушка, что-то очень доверительно рассказывала пожилой леди, акцентируя всё её внимание на себя.
Мужчина, напряжённо слушающий английскую речь, наконец взглянул мне в глаза.